Как живут китайские мусульмане - KRINTEL.RU

Как живут китайские мусульмане

Почему китайцы не любят мусульман?

Прилетел в Синин. Небольшой город, всего 2 миллиона человек, что по китайским меркам вообще ни о чём.

Синин – это административный центр провинции Цинхай, а Цинхай – одна из самых бедных провинций Китая. Возможно, благодаря бедности и удалённости от индустриального востока она и сохранила свою идентичность, и многие едут сюда, чтобы найти что-то уникальное для страны, где власти всё пытаются стандартизировать.

Когда-то Синин был одним из городов Великого шёлкового пути, который связывал Китай с арабскими странами. Видимо, именно благодаря торговцам из Аравии и Средней Азии в Китай проник ислам. А в XIII веке Китай завоевал хан Хубилай, внук Чингисхана, ставший основателем династии Юань. Хотя сам он не исповедовал ислам, у него при дворе служило много мусульман, так что эта религия начала распространяться по стране.

Сейчас мусульмане живут в основном на западе и в центре Китая, больше всего их в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, где основное население – уйгуры.

«Википедия» пишет, что в наших краях (Цинхай) мусульман 16%, по ощущениям – больше. В самом Синине куча мусульманских забегаловок. Можно попробовать настоящую баранью голову! Из неё съедают мозги с солью.

В Цинхае проживают в основном мусульмане-хуэй (по-английски пишется более радикально, Hui people). В КНР они считаются нацменьшинством, хотя мало чем отличаются от ханьцев (то есть титульных китайцев). Если уйгуры – это тюрки, то хуэй – это именно китайцы, являющиеся при этом носителями исламской культуры.

Несмотря на то, что мусульман в Китае довольно много и они очень давно стали частью китайского общества, государство относится к ним, мягко говоря, с подозрением.

Когда нас в прошлый раз задержали в Хэйхэ, нам сказали, что причина в том, что мы похожи либо на американцев, либо на мусульман. От китайцев в гостиницах можно часто услышать: «Мы не селим уйгуров, потому что они стрёмные».

А ещё рукопожатные западные СМИ сейчас активно качают китайскую лодку, говоря, что китайцы чуть ли не каждого третьего уйгура бросают в лагеря перевоспитания и творят с ними всякий беспредел: чуть ли не заставляют детишек отказываться от ислама, изучать основы светской культуры и демонстрировать лояльность Коммунистической партии! Казалось бы, этого уже должно быть достаточно, но ненасытные коммуняки даже заставляют детей петь революционные песни и цитировать председателя Си, а тут уже, согласитесь, ни один журналист NYT не сможет спокойно на это смотреть! Власти Китая всё это отрицают: во-первых, в лагеря не бросаем, во-вторых, это просто перевоспитание!

Забеспокоился даже Трамп, известный своей «любовью» к исламу и мусульманам. США задумались, а не ввести ли санкции против Китая – всё ради уйгурских детишек. В том числе американцы планируют запретить продажу КНР технологий видеонаблюдения, с помощью которых китайские власти следят за уйгурами (наверное, им кажется, что китайцы ещё не освоили такие сложные технологии, как камеры наружного наблюдения).

Власти КНР не ограничиваются лагерями, но и отправляют уйгурскую молодёжь учиться в «более развитые районы Китая». Только четверть возвращается в родные края, остальные оседают в больших городах и почти наверняка ассимилируются.

Судя по количеству гневных статей, мусульман за пределами Китая едва ли не больше всего бесит, что их китайских братьев по вере государство заставляет вешать на мечетях флаги КНР. Происходит это прежде всего в Синьцзян-Уйгурском и Нинся-Хуэйском автономных районах.

Всё это, конечно, достаточно тонкие вопросы, которые наверняка являются «полуправдой», но в условиях информационной закрытости можно представить себе даже такие зверства, как принуждение к пению революционных песен!

Я не хочу сказать, что заставлять отказываться от религии и притеснять людей – это норм. Но согласитесь, что, во-первых, не всё может быть так однозначно, а во-вторых, повышение уровня светскости в принципе является переходом от архаики к более прогрессивному состоянию общества.

01. Для начала давайте насладимся видами прекрасного Синина. Ну, на самом деле, это обычная китайская жопа. Куча новостроек, реклама, магазины и какие-то мутные забегаловки.

02. Скажу честно: это не то место, куда стоит приезжать, если вы любите архитектуру. Тут есть интересный храм в горах, но сейчас он закрыт на ремонт.

Как живут китайские мусульмане

Фотограф Карлос Спотторно 3 года подряд приезжал в закрытый для иностранцев Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая, чтобы пожить с уйгурами — китайскими мусульманами, которых власть считает неблагонадежными. Уйгуры не могут рассчитывать на высокооплачиваемую работу, а с недавних пор лишились даже паспортов.

Уйгуры — коренное население Восточного Туркестана, исторической области на западе Китая. В период гражданской войны уйгуры дважды, в 1933—1934-м и 1944—1949 годах, создавали независимое государство, но оба раза их земли были возвращены в состав Китая. В 1955-м эту территорию переименовали в Синьцзян-Уйгурский автономный район. Стремление уйгуров к независимости, однако, не исчезло.
Уйгуры — мусульмане-сунниты, а Китай жестко регулирует количество мечетей и деятельность религиозных школ. Правовая группа Amnesty International в своем докладе 2013 года признала, что китайская власть ограничивает мирное культурное самовыражение уйгуров, называя их сепаратистами и обвиняя в незаконной религиозной пропаганде.
Сегодня в Китае за уйгурами негласно закрепился статус террористов: китайское правительство проводит в регионе усиленные военные учения, увеличивает здесь количество армейских формирований, запрещает чиновникам-уйгурам соблюдать пост в Рамадан, а с 2016-го всех без исключения жителей Синьцзян-Уйгурской автономии обязали сдавать свои паспорта на хранение в полицию. Уйгуры по-прежнему могут свободно перемещаться по Китаю, но чтобы выехать за границу, теперь должны проходить дополнительные процедуры вплоть до сдачи образцов ДНК, крови и отпечатков пальцев, а также делать запись голоса и даже 3D-снимки. Таким образом китайские власти хотят отслеживать перемещение уйгурских боевиков, большинство из которых проходят военное обучение в странах Центральной Азии.

Вместе с уйгурами свои паспорта были вынуждены сдать и китайцы-ханьцы, которых в регионе проживает больше 50%, — с началом экономического развития автономии они начали приезжать все чаще и занимать высокооплачиваемые должности. После активного наплыва ханьцев уйгуры стали этническим меньшинством.
В регион неохотно допускают иностранных журналистов. Но известно, что в 2009 году в Урумчи случились массовые беспорядки на этнической почве: по официальным данным, были ранены 1 500 и погибли больше 200 человек. В 2012-м группа уйгуров попыталась угнать самолет, следующий из Хотана в Урумчи. Годом позже 27 уйгуров были застрелены полицией — их подозревали в том, что они с ножами напали на местные органы власти. В мае 2014-го на рынке Урумчи в толпу бросили взрывчатку — погибли 30 человек, а раненых было в три раза больше. В сентябре около 50 человек погибли в результате взрывов на рынке и в магазине в Лунтайском уезде. В сентябре 2015 года группа мужчин с ножами напала на рабочих угольной шахты, убив 50 человек, в том числе 5 полицейских. Также уйгуров обвиняют в нападении на китайское посольство в Бишкеке: тогда смертник на автомобиле протаранил ворота и совершил самоподрыв.
Основным требованием террористов является создание на территории округа независимого государства Восточный Туркестан, или Уйгурстан, в котором доминирующую роль будет играть ислам.

Карлос Спотторно, фотограф:
— В Синьцзяне живут не только уйгуры: когда я снимал проект в 2006—2008 годах, в регионе проживали 9 миллионов уйгуров, почти 8 миллионов китайцев-ханьцев, а также казахи, хуэй, таджики, киргизы, монголы и сибы.
Уйгуры уверены, что их культура стирается из-за массовой миграции ханьцев в регион, предпочитают не смешиваться с ними. Кроме того, уйгуров негласно считают менее развитой частью населения и не всегда допускают к высококвалифицированной работе.

Ситуация в регионе стремительно меняется, в первую очередь экономическая. Сегодня Синьцзян — это миллионы людей, участвующих в строительстве инфраструктуры, массовые миграции с востока в поисках нефти и других возможностей заработать. Конечно, столкновения с местными жителями в такой ситуации были неизбежны.
Некоторые уйгуры хотят независимости любой ценой, но я не думаю, что это движение пользуется популярностью среди всего населения: далеко не все здесь хотят прямого противостояния. Скорее уйгурам было бы интересно увеличить свою роль в местной политической и экономической жизни.
Я не пытался скрыть бедность и развалины в кадре. Нищие и отсталые деревни соседствуют с быстрорастущими развитыми городами, заселенными преимущественно ханьцами. Я сосредоточился на обеих реальностях поочередно и иногда сознательно пытался совместить их в одном кадре, чтобы подчеркнуть контраст.

Проблема сепаратизма в Синьцзяне стоит очень остро, и в будущем она может принести официальному Пекину серьезные неприятности. Синьцзян представляет для Китая и геополитический интерес: это огромный буфер, который защищает «средний Китай» от экспансии Запада. Кроме того, здесь огромное количество нефти и газа, а не так давно в регионе нашли залежи лития. Уверен, Китай будет защищать свое единство всеми силами.

Почему китайцы «не любят» мусульман?

Отношения между жителями Поднебесной и мусульманами были напряженными всегда. Удивлять подобное может только в наш век толерантности, когда все принимают всех, и атеисты спокойно уживаются с верующими практически во всех странах. Одним из немногих исключений является Китайская Народная Республика, в которой до сих пор не очень то уж спокойно воспринимают само слово «ислам».

Отношения между мусульманами и китайцами не сложились еще в те времена, когда существовал Великий Шелковый Путь. Он как раз-таки связывал Китай с арабскими странами. И именно этим путем ислам и проник в Поднебесную. Позже, в 12 веке внук Чингисхана основал династию Юань. И при его дворце было огромное количество мусульманских слуг. Поэтому не удивительно, что религия стала постепенно распространяться по территории страны. Но эту религию, естественно, исповедовали далеко не все местные жители.

Сейчас большинство тех, кто исповедует мусульманскую религию, обитают либо в центре Китая, либо в его западной части. Очень много в стране и местных мусульман – уйгуров. Именно к ним китайцы и относятся с осторожностью. По сути, сейчас нет никаких причин так негативно реагировать на представителей других религиозных конфессий. Но именно ислам до сих пор остается именно той религией, которая пугает людей по всему миру (возможно от не незнания, а возможно от того как подает информацию медиа).

Читайте также  Прогулка по китайской пещере в провинции Гуанси.

В современной Китайской Республике мусульман держат на особом счету. Отчасти это происходит потому, что Китай – это атеистическая держава. Несмотря на попытки привлечь местных жителей к христианству или буддизму, закончилось тем, что страна под предводительством коммунистической партии отказалась от веры в каких-либо богов. Но ни к одной религии сейчас не относятся так бдительно, как к исламу. Именно мусульман почему-то считают источниками всего негативного, что происходит в мире: многих войн, переворотов, несправедливости по отношению к женщинам, терроризме. В пример можно поставить тот же Афганистан, в котором жители советского союза попытались что-то поменять. Но переворот закончился провалом и тем, что у местных женщин окончательно отобрали все права. Закончилось все, как известно, протестами женщин, закутанных в черные одеяния с ног до головы и полным провалом местных мужчин во всех остальных сферах кроме религии. Так что свободолюбивым и стремящихся к научному развитию китайцам есть за что с опаской смотреть на мусульманский мир.

Впрочем, эта нелюбовь взаимная. Мировая исламская общественность также воспринимает и Китай, как одного из своих главных неприятелей, и считает, что добиться чего-то разговорами с местными жителями невозможно. Нужно только действовать, притом действовать довольно радикально. Что, в принципе, и делают те же китайцы. По сути, жители КНР не особо думают над тем, что лежит в основе религии. Атеистической державе попросту не нравится такой «средневековый» подход ко всему происходящему в мире.

Даже те мусульмане, которые постоянно проживают на территории Китая, все равно живут по своим правилам. Они не могут подчиняться никакой конституции, и никаким другим документам, кроме Корана. А, согласно этой книге, мусульмане могут подчиняться только тем, кто избран Аллахом, и жить по Его заповедям. В Китае же подобное идолопоклонничество не приветствуется. Поэтому на мусульман, которые по нескольку раз в день ходят в мечеть и молятся, косятся с подозрением.

Доходит до того, что китайцы пошли на такой радикальный шаг, как перевоспитание уйгуров. Делается все естественно, в целях просвещения. Правда сами уйгуры не всегда это понимают. Сейчас действительно существуют специальные уйгурские школы в городах, уйгурские общины, районы. Китай пытается воспитывать этот народ в своем русле. Там изучаются основы светской культуры, история страны и коммунистической партии. Но, по сути, это именно те базовые знания, которые нужны каждому человеку, желающему стать частью Китайской Народной Республики.

Более взрослые уйгуры отправляются учиться в другие, так сказать, более развитые районы Китая. Это тоже возмущает многих. Так, например, тот же Дональд Трамп, который и без того известен как человек, негативно относящийся ко всем другим национальностям, заявил, что ради уйгурских детишек он готов ввести санкции и запретить продажу американских видеокамер, которые используются для слежки за жителями небольших провинций.

Китайцы же заявляют, что наблюдение за местными жителями нужно просто для того, чтобы не позволить мусульманам устроить на заселенных ими территориях вторую Чечню, или как ее называют местные – Желтую Чечню. Для того, чтобы ничего подобного не произошло, потенциально опасных уйгуров сажают в тюрьму, а неблагополучные районы дополняют камерами наблюдения. Если посмотреть на все, что происходило и до сих пор происходит в странах вроде Ирака, Пакистана и Афганистана, можно понять китайских чиновников. Если чуть послабить рамки, тут вполне могут собраться поклонники нового Халифата и начать войну между верующими и неверующими, или даже между суннитами и шиитами. Этого явно не хочет никто, в том числе и адекватные представители исламской религии.

При этом все складывается так, что те, кто действительно может нанести вред, все равно проникают в Китай. Например, через тот же Синьцзян-Уйгурский район. Через него проходят исламисты из Афганистана и Пакистана, которые готовы призывать население к радикальным действиям. Это только усиливает негативное отношение к мусульманам. Как и во многих странах, к девушкам в хиджабе или черном нихабе относятся крайне подозрительно. Например, в той же Франции ношение подобных нарядов уже запретили. Самих же сторонников ислама раздражает то, что в КНР их религию не понимают. Раздражает их еще и то, что, хотя им и позволяют строить мечети, на них, по закону, все равно вешают флаги КНР.

Из-за всего происходящего простые китайцы тоже не могут воспринимать мусульман как таких же жителей свободной страны как они. Более того, они не желают посещать места, где обычно живут мусульмане. Реже всего китайцы ездят в страны вроде того же Пакистана, Марокко или Турции. Тем же мусульманам, которые может и хотели бы посетить КНР, не всегда дают возможность приехать в Поднебесную, поскольку существуют ограничения по визам для мусульманских стран.

Отношения китайцев и мусульман действительно сложные. Много времени ушло на то, чтобы КНР избавилась от всех тех, кто хочет вернуться к прошлому и заполнить страну какими-то религиозными фанатиками, а в особенности, поклонниками столь жестокой религии, как ислам. Поэтому и не удивительно, что сейчас не только создатели всех этих лагерей, но и простые китайцы выступают за перевоспитание нового поколения эмигрантов.

Принуждение к абортам, свинина и лагеря. Быть мусульманином в КНР

Концлагеря под видом школ перевоспитания, запрет исповедовать свою религию, разрушение культуры, насильственная стерилизация женщин и многие другие суровые репрессии. Именно так правительство КНР продолжает, под предлогом борьбы с терроризмом, обращаться с уйгурами, тюркоязычным народом, живущим в регионе Синьцзян на крайнем западе Китая. Несмотря на международное давление и постоянно вскрывающиеся все новые факты гонений на уйгуров, самое крупное этническое меньшинство в КНР, ситуация продолжает стремительно ухудшаться.

США 9 июля ввели санкции против четырех бывших и нынешних должностных лиц Китая, причастных, по мнению Вашингтона, к «ужасающим и систематическим» нарушениям прав человека в отношении уйгуров и других мусульманских меньшинств в Синьцзяне. Как сообщает американский Минфин, это было сделано в рамках акта Магнитского. В ответ Пекин уже заявил, что примет ответные меры против Соединенных Штатов. «Действия США являются серьезным вмешательством во внутренние дела Китая, нарушающим основные нормы международных отношений и наносящим большой ущерб отношениям Китая и США», – заявил официальный представитель МИД КНР Чжао Лицзянь.

Президент США Дональд Трамп в июне подписал принятый ранее Конгрессом законопроект, предусматривающий введение санкций против высших чиновников Китая, причастных к преследованиям уйгуров и других мусульман – жителей Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР. Документ носит название «Закон о политике в сфере прав человека в отношении уйгуров». Он осуждает грубые нарушения прав мусульманских меньшинств в Синьцзяне и включает в себя особые полномочия по наложению санкций на конкретных лиц.

В заявлении Трампа отмечается, что среди типичных нарушений прав человека в Синьцзяне – в первую очередь помещение в специальные лагеря, обитателей которых подвергают идеологической обработке и принуждают трудиться, ставя конечной целью искоренение идентичности и религиозных убеждений уйгуров и других местных мусульманских меньшинств. Власти в Пекине утверждают, что суннитский ислам – чужеродная для местных жителей религия, навязанная много веков назад тюркскими завоевателями.

По информации американских и европейских журналистов и Госдепартамента США, за последние годы в так называемые «воспитательные лагеря», крупнейший из которых расположен в городе Кашгар, были силой отправлены от 800 тысяч до 2 миллионов человек. В районах компактного проживания уйгуров за ними ведётся массовая слежка, в том числе с применением GPS-датчиков. Также власти ведут сбор ДНК уйгуров в возрасте от 16 до 65 лет. При этом точная численность этого большого народа мало кому известна. В Пекине утверждают, что их не более 12 миллионов, в то время как по собственным оценкам уйгуров их не менее 20 миллионов человек.

Ужасный новый мир. Система подавления личности в Китае

Китайские власти регулярно ограничивают право мусульман на свободу вероисповедания – от запрета поста в священный месяц Рамадан до введения наказаний за употребление в пищу халяльных продуктов. В Синьцзяне введены специальные законы, запрещающие мужчинам отращивать «ненормальные» бороды, а женщинам носить хиджабы. Молитвенные коврики и Коран, которые местные жители хранят дома, регулярно конфискуются, а смартфоны просматриваются с целью выявления религиозного контента.

Правительство закрыло или разрушило в Синьцзяне тысячи мечетей, и эта практика начинает распространяться на другие китайские регионы. Те, кто продолжает исповедовать ислам, рискуют быть отправлены в лагеря. Там заключенных вынуждают отказаться от ислама и принять идеологию Коммунистической партии Китая. Заключенных заставляют декламировать коммунистические лозунги и петь песни, восхваляющие компартию. Тех, кто не смог быстро усвоить эти уроки, избивают и морят голодом.

Например, в июне 2020 года в уйгурской мечети Ид Ках в Кашгаре, одной из крупнейших и древнейших в Китае, исчезло богато расписанное панно с каллиграфической надписью, более ста лет назад установленное над входом. Оно было демонтировано по приказу правительства КНР. Вместе с ним с купола и минаретов мечети в Кашгаре исчезли звезды и полумесяцы.

Пекин требует, чтобы новые поколения уйгуров соблюдали ханьские, а не исламские культурные традиции. Например, детям до 18 лет запрещено посещать мечети. Мусульманских родителей предупреждают в отношении «запрещенных исламских детских имен». По данным Радио Свободная Азия, в список запрещенных для мальчиков входят такие имена, как Арафат, Хусейн, Сейпидин, Сейпулла, Несрулла, Шемшидин, Садам и Муджахит, а в списке запрещенных имен для девочек – Муслиме, Мухлисе, Айше, Фатима и Хедиче. Недавно правительство расширило эту практику на всех детей в возрасте до 16 лет, заставляя менять мусульманские имена на китайские.

Читайте также  Над пропастью не ржи: пугающие стеклянные мосты Китая

Если вы живете в Синьцзяне, то можете привлечь к себе внимание китайских спецслужб лишь тем, что:

  • Разговариваете на родном языке
  • Носите бороду или хиджаб
  • Пользуетесь приложением WhatsApp
  • Молитесь и посещаете мечеть
  • Не курите, не употребляете алкоголь и не едите свинину
  • Спорите с чиновниками и тем более кому-то жалуетесь на них
  • Носите одежду с арабским шрифтом
  • Поститесь и завтракаете до восхода солнца
  • Бываете за границей

Зимой 2019 года в Синьцзяне появилась новая практика. Во время празднования наступившего года Свиньи по лунному календарю в некоторых частях Синьцзян-Уйгурского автономного района китайские чиновники ходили по домам местных мусульман, раздавали свинину и приглашали их на праздничные трапезы, где также подавали свинину – что является «харам», то есть строгим запретом, для всех исповедующих ислам. Как подчеркивало Радио Свободная Азия, это стало частью кампании по пропаганде китайской ханьской культуры и подавлению этнического и религиозного самосознания уйгуров, этнических казахов и представителей других мусульманских меньшинств. Есть свидетельства того, что мусульман, отказывавшихся есть подаренную властями свинину, называли «экстремистами».

В последнее время в особенно ужасном положении оказались уйгурские женщины – их принуждают вступать в нежеланные браки и подвергают массовой принудительной стерилизации. В случае отказа от вступления в такой брак женщину и ее родственников могут арестовать или сослать в воспитательный лагерь.

Несколько лет назад правительство КНР предлагало парам, вступающим в смешанный брак в Синьцзяне, премию наличными деньгами, но этот подход не сработал. Теперь власти отчаянно рекламируют смешанные браки: на видео в китайском сегменте интернета везде мелькают «счастливые пары», а журналы наполнены советами для мужчин-ханьцев – «как завоевать сердце уйгурской девушки».

За последние два года из Пекина в Синьцзян были командированы более миллиона чиновников, которых здесь прозвали «родственниками». Их задача – жить в уйгурских семьях, вести слежку и составлять отчеты о религиозной деятельности местных жителей и их лояльности Компартии Китая. Эта практика наряду с отправкой многих молодых уйгуров в лагеря привела к тому, что в Синьцзяне в настоящее время оказалось непропорционально много мужчин ханьской национальности.

В недавней статье ученого-антрополога Дэррена Байлера из Университета штата Вашингтон опубликованы результаты интервью с уйгурскими женщинами – об оказании на них давления с целью вступления в браки с прибывшими в Синьцзян китайцами-ханьцами. Одна из них, Гульмира, рассказала, например, что ее работодатель по пятницам регулярно организует танцевальные вечера для уйгурских девушек и мужчин-ханьцев: «За последние годы многие вышли замуж за «родственников». Те же, кто отказывается, могут оказаться в лагере».

В конце июня 2020 года вашингтонский исследовательский центр Jamestown Foundation опубликовал новый доклад о том, как КПК проводит в Синьцзяне кампанию массовой принудительной стерилизации женщин из народа уйгуров, а также из числа других этнических меньшинств. Авторы доклада опирались на документы правительства Китая и многочисленные интервью с жертвами этой кампании. На свет выплыли подробности длящейся годами политики по сокращению рождаемости среди представителей религиозных меньшинств в Синьцзяне и принуждению женщин к абортам. Например, коэффициент рождаемости в двух уездах с наибольшим количеством уйгурского населения за период с 2015-го по 2018 год снизился на 84 процента:

В докладе также описываются целенаправленные действия Пекина по снижению рождаемости среди уйгуров и иных мусульманских меньшинств. К примеру, в 2019 году в одном из уездов Синьцзяна китайское правительство поставило цель стерилизовать треть всех замужних женщин детородного возраста. Еще в документе говорится, что в 2018 году 80 процентов всех процедур по установлению внутриматочных спиралей во всей КНР были проведены в Синьцзяне. Такой метод контрацепции использовался прежде всего в этом районе КНР, хотя здесь живет всего 1,8 процента населения страны.

Женщины, отказавшиеся подчиниться правительственным установкам по контролю над рождаемостью, то есть сделать аборт, пройти через стерилизацию, или же просто имеющие большое количество детей, опять-таки рискуют свободой. Доклад изобилует примерами: уйгурка Зумрат Давут была оштрафована за то, что у нее трое детей вместо двух разрешенных. Затем, после отбытия срока в воспитательном лагере, женщина под угрозой повторного заключения была подвергнута хирургической стерилизации.

По словам другой уйгурки по имени Михригуль Турсун, матери троих детей, ее также пытали в воспитательном лагере в Синьцзяне. Ей принудительно давали наркотики, в течение нескольких дней допрашивали, не давали спать, привязывали к стулу и били электрическим током. Женщина рассказала журналистам, что следователи говорили ей: «Быть уйгуром – преступление». В 2015 году Михригуль приехала в Китай из Египта, где училась несколько лет и вышла замуж за араба. Она хотела познакомить своих родителей и членов семьи с новорожденными детьми. Но ее сразу арестовали и разлучили с младенцами-тройняшками на три месяца. Когда ее наконец освободили, она узнала, что один ребенок умер, а двое других тяжело заболели и их прооперировали. После операции выживших пришлось кормить через трубку.

«Мокрые рынки» Китая. Готов ли Пекин закрыть их навсегда

Михригуль Турсун говорит, что ее без конца расспрашивали на допросах о жизни в Египте, хотя она не занималась никакой политической деятельностью. По ее мнению, власти подозревали ее лишь из-за того, что она владела иностранными языками.

Михригуль вновь силой отправили в лагерь в 2017 году, затем, в третий раз, в 2018-м. Ее третье пребывание в лагере в январе 2018 года было самым ужасным – ее три месяца содержали в тесной камере с другими 67 женщинами. Приходилось поочередно по два часа спать и стоять. Им давали наркотики и жидкость, вызывающую кровотечение, и почти не кормили. По словам Михригуль, в течение трех месяцев ее пребывания в камере погибли девять женщин. По ее словам, она не надеялась выйти живой оттуда. Потом ее вдруг наконец условно-досрочно освободили, и она сумела бежать в Египет, а потом перебраться в США.

Александр Гостев

Редактор информационной службы РС, международный обозреватель, автор и редактор рубрики и подкаста «Атлас мира»

Ислам в Китае

Если вы интересуетесь исламом, культурой и историей его распространения в Азии, то приезжайте в Китай! Здесь вы узнаете много нового и интересного об одной из трёх мировых религий, а мы поможем организовать ваш тур так, чтобы путешествие прошло увлекательно и без забот. Просто напишите нам о ваших пожеланиях в туре, а мы продумаем все детали.

Появление ислама в Китае

Ислам появился на территории Китая уже в 615 году нашей эры, когда группа из четырёх сахабов (сподвижников пророка Мухаммеда) посетила Китай, чтобы распространить и проповедовать новую веру.

Позже, в 651 году, по приказу третьего халифа Усмана в Китай была направлена официальная миссия во главе с Саадом ибн Абу Ваккасом, дядей пророка Мухаммеда по материнской линии. Тогдашний правитель Китая, император Гаоцзун династии Тан, оказал посланникам тёплый приём.

Император распорядился построить мемориальную мечеть в Кантоне (мечеть Хуайшэн в городе Гуанчжоу) в память о пророке Мухаммеде. Это первая мечеть, построенная в Китае, и одна из старейших в мире. Таким образом, менее чем через 20 лет после смерти пророка ислам был официально представлен в Китае и начал утверждаться как новая религия и культура.

История ислама в Китае

По оценкам, в 1910 году мусульмане составляли около 1 или 2 процентов населения Китая (около 7 миллионов человек). С приходом коммунизма и антирелигиозной идеологии все религии, существовавшие на территории Китая, подверглись преследованию, не стали исключением и исламские общины. Однако, в современном Китае можно наблюдать возрождение ислама и других мировых религий.

Ислам стал распространяться в Поднебесной уже после буддизма и христианства и считается самой молодой из мировых религий, пришедших в Китай. В эпоху правления династии Тан (618 – 907 гг) в Китай начали прибывать торговцы-мусульмане; а также сотни тысяч мусульман были привезены в империю Юань (1271 – 1368 гг) монголами (в те времена основной частью территории монгольского государства был Китай). Многие монгольские правители приняли ислам, и религия быстро распространилась в Центральной Азии благодаря завоеванию мусульманами кочевых племен и империй между Аравией и Китаем.

Ислам в современном Китае

Новым фактором, привлёкшим интерес к исламу, стали поездки жителей Китая в исламские страны. Хадж (мусульманское паломничество в Мекку) является одним из столпов ислама. В прошлом, особенно после времён Монгольской империи, передвижения по суше были часто затруднены или невозможны из-за войн и грабежей. Кроме того, во время культурной революции китайским мусульманам не разрешили совершить хадж. Но после 1979 года это ограничение было снято. Говорят, что в последние годы больше 50 000 китайских мусульман совершили хадж. Этот контакт с центром исламской религии укрепил мусульманские общины современного Китая.

В настоящее время в Китае становятся мусульманами в основном в силу преемственности. Несмотря на это, ислам занимает видное место среди вероисповеданий Поднебесной. Третья по числу последователей мировая религия в стране после буддизма и христианства, ислам насчитывает от 20 до 30 миллионов верующих.

Мусульманские этнические группы Китая

Мусульманские этнические группы живут в основном вдоль границ современного Китая в провинции Юньнань, Тибете, Синьцзян-Уйгурском автономном районе, провинциях Ганьсу и Хэнань. Из 55 этнических меньшинств Китая около 10 исповедуют ислам.

Халяльная еда в Китае

Многие мусульмане в Китае открывают рестораны с халяльными блюдами, приготовленными в соответствии с нормами религии. Поскольку большинство китайских блюд включают в себя свинину и свиной жир, мусульманам в Китае может быть трудно найти подходящую еду.

Мусульманские рестораны в Китае известны тем, что предлагают своим посетителям свежую лапшу из пшеничной муки собственного приготовления, а также тем, что не включают в меню свинину. Вместо этого вы сможете отведать блюда из баранины или говядины. В мусульманских ресторанах вам также предложат хлеб и сладости, которые не часто употребляют в пищу в Китае. Узнайте об Основных ингредиентах китайской кухни.

Читайте также  Китайский оазис в пустыне в форме полумесяца

Мечети в Китае

В наши дни практически в каждом городе Китая вы легко найдёте мечеть. Мусульмане – как жители Поднебесной, так и иностранцы могут принять участие в ежедневных молитвах.

Мечети также служат культурными центрами для мусульманских общин, проводят религиозные службы и праздники.

В Китае вы сможете посетить древние мечети, сохранившиеся за долгую историю ислама в Поднебесной. Тем не менее, большинство зданий мечетей – более современные, так как были построены после культурной революции в Китае.

Ислам в Китае: куда поехать

Какие города посетить, если вам интересна история ислама в Китае?

В компании Чайна Хайлайтс (China Highlights) мы готовим для вас Индивидуальные тематические туры – программу, основанную на том, что интересует именно вас.

Откройте для себя туры по маршруту знаменитого Великого шёлкового пути, узнайте больше об истории исламской культуры в Китае. Или отправьтесь в путешествие в Шанхай и посетите шумный мусульманский рынок. Вы сможете увидеть достопримечательности, почувствовать вкус, услышать звуки и почувствовать, что значит быть мусульманином в Китае.

Что бы вы ни искали в поездке, Китай обязательно порадует и удивит вас богатой историей, разнообразием религии и приключениями!

Национальный состав мусульман Китая

Если вы полагаете, что в Поднебесной живут лишь китайцы, то сильно заблуждаетесь. По данным последней переписи в КНР официально признаны 56 национальностей, 10 из которых считаются исключительно мусульманскими. Некоторые из них очень малочисленны, однако многие насчитывают миллионы человек.

Самая большая группа — это хуэй. Они являются предками арабов и персов, которые приехали распространять Ислам в Китае и со временем смешались с местным населением. Также это китайцы, которые осели на западе страны в тюркоязычной среде и стали мусульманами. Однако большинство хуэй — потомки миллионов среднеазиатских последователей Ислама, которых монгольский правитель Хубилай-хан привёл в Китай в 13 веке в качестве военного резерва. Они помогали ему в захвате юга страны, а в мирное время расселились по территории Поднебесной и стали торговцами, ремесленниками и сельскохозяйственными рабочими. В настоящее время примерно 8,6 миллиона хуэй проживают по всему Китаю, в основном в провинциях Нинся, Цинхай и Ганьсу.

Вторая наиболее известная группа — уйгуры, которых в Китае примерно 7,2 миллиона человек. Основной регион — это СУАР (Синьцзян-Уйгурский автономный район), также часть проживает в уездах Таоюань и Чандэ провинции Хунань. Их предками считаются жившие в монгольских степях кочевые племена. Первое упоминание о них датируется 3 веком. К середине 8 столетия в долинах рек Селенга, Орхон и Тола сформировалось уйгурское государство, после разгрома которого его жители переселились в Восточный Туркестан и на запад Ганьсу. Вплоть до 14 века среди уйгуров были распространены шаманизм, буддизм и христианство, которые позже вытеснил Ислам. В 17—18 веках в Восточном Туркестане существовало государство уйгуров, которое вскоре захватили маньчжурские правители Китая. И только в 1955 году нация обрела независимость. Живя бок о бок с китайцами, уйгуры практически не общаются с ними. Среди населения очень распространён родной язык, и не все свободно общаются по-китайски. В автономии есть газеты, каналы на уйгурском, а в университетах, школах и воинских частях открыты специальные кафе и рестораны для мусульман. С 1994 года Урумчи объявлен особой экономической зоной, и сейчас в регионе активно развиваются бизнес и торговля, города получают государственные субсидии. Поэтому уровень жизни уйгурского населения в последние десятилетия значительно улучшился.

Надо отметить третью по величине нацию — казахов. Они издревле проживали на территории Китая. В настоящее время казахов в этой стране в два раза больше, чем в России — около 1,4 млн. человек. Большая часть проживает в СУАР, а также в Или-Казахском автономном округе и в Баркель-Казахском автономном уезде. В этих регионах каждый третий казах имеет должность в политическом и административном руководстве. Большинство представителей этой нации исповедуют Ислам суннитского толка. Несмотря на огромное влияние окружения, казахам удалось сохранить свои традиции и язык. Диаспоры очень дружны, и в быту все общаются исключительно на казахском. Учитывая немногочисленность нации, в КНР на них не распространяется ограничение «одна семья — один ребёнок».

Узбеки — одна из немногочисленных мусульманских групп. В основном они проживают в СУАР (Восточный Туркестан), Урумчи, Инине, Тачэне, и Кашгаре. Их насчитывается около 15,5 тысяч человек. В быту представители этой нации общаются на родном языке и имеют собственную письменность на основе арабской графики. Их предки узбеков в далёком прошлом переселились из Средней Азии в Китай. В эпоху династии Юань узбеки по Великому Шелковому пути прибыли из Синьцзяна во внутренние районы Китая, где стали заниматься торговлей. Миграция в Поднебесную длилась с 18-го и вплоть до начала 20 века. Кроме купцов, переселенцами стали ремесленники, интеллигенция и крестьяне. Поскольку проживающие в Китае узбеки в основном сосредоточены в городах, они имеют больше возможностей получить хорошее образование. Поэтому среди них много работников просвещения и интеллигентов.

Таджики проживают в Китае недалеко от Кашгара (Ташкуранский автономный район). Их далёкими предками были люди, жившие в районе Синьцзяна ещё со 2-3 века. В конце 17 столетия к ним присоединились таджики-переселенцы из западного и южного районов Памира. Издревле они занимались земледелием и скотоводством, вели кочевой образ жизни. После образования КНР, в 1954 году, был основан Ташкурган-таджикский автономный уезд. В последнее время государство всячески поддерживает представителей этой диаспоры, и уровень их материальной и культурной жизни значительно улучшился.

Существуют разные мнения о том, когда началось переселение татар в Китай. Большинство источников говорит о периоде строительства Китайской Восточной железной дороги (КВЖД) в 1898 году. Они принимали активное участие в строительстве дороги, занимались коммерцией, и со временем на севере страны, в Манчжурии сложилась татарская диаспора. Другое место обитания этого народа в Китае — на западе, в Синьцзяне. К концу XIX века во всех крупных городах провинции существовали татарские торговые кварталы. Также в числе основных занятий были ремесла. Сейчас, согласно официальной статистике, в Китае проживает около 5 тысяч татар. В городах Кульдже и Урумчи существуют национальные центры. В столичном университете СУАР работает 8 профессоров-татар. Из-за малочисленности нации им также разрешено иметь три ребёнка в семье.

Численность китайских киргизов в 2010 году составляла около 200 тыс. человек. Традиционно они проживают на западе страны, в СУАР, где вместе с уйгурами имеют автономно-территориальное образование. Основная часть диаспоры — потомки беженцев из Киргизии. В начале 20 века в ходе конфликта между царской Россией, Китаем и Великобританией произошёл передел спорных земель, в результате чего часть территории, где проживали киргизы, оказалась в Китае. После 60-х годов, когда российско-китайские отношения резко ухудшились, граница и вовсе была закрыта. После обретения независимости Кыргызстаном в 1991 году путешествовать стало проще, но граница всё ещё строго охраняется китайцами. Несмотря на то, что киргизам пришлось жить обособленно от соотечественников, им удалось сохранить культуру и этнические особенности. Современные китайские киргизы, как правило, занимаются скотоводством и имеют низкий уровень жизни и образования.

В настоящее время статистика насчитывает около 87 тысяч салар. В китайских исторических летописях их называли «сацыр», «шала», «салахуэй» согласно звучанию народности — «салыр». Предки саларов появились в Китае после переселения из Самарканда в восточную часть провинции Цинхай. Представители этой нации на протяжении всей истории непрерывно смешивались с китайцами, тибетцами, хуэйцами, казахами, уйгурами. Но основными местами их проживания так и остаются Сюнхуа-саларский автономный уезд провинции Цинхай, образованный в 1954 году, и с 1980-го — Цзишишань-баоань-дунсян-саларский автономный уезд провинции Ганьсу. В основном салары занимаются сельским хозяйством, скотоводством и садоводством. В полной мере используя права национальной автономии, они развивают производство, добиваются поднятия экономики, образования, культуры, здравоохранения, а также улучшения уровня жизни нации.

Дунсяне — это монгольский народ, проживающий на северо-западе страны. Их предки были монголами-мусульманами, которые переселились в Ганьсу в 13 веке. По языку и культуре дунсяне схожи с монголами, лишь половина из них говорят на китайском. Все члены диаспоры исповедуют Ислам. По данным пятой переписи населения в 2000 году, в КНР насчитывалось 513 805 дунсян. Около половины из них проживают в округе Линся провинции Ганьсу, где создан Дунсянский автономный уезд. Гораздо меньше представителей нации в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, в уездах Инин и Хочэн. Большинство дунсян являются последователями суфийского ордена кадырия.

Численность нации баоань по последним данным составляет примерно 16,5 тысяч человек. Практически все они проживают в в округе Линься провинции Ганьсу, а также в соседнем уезде Сюньхуа провинции Цинхай. Далёкими предками баоань считаются монгольские солдаты, которые жили на этих территориях во времена династии Юань и Мин. Осев в здешних землях, монголы постепенно смешались с хуэй, ханьцами и другими народами. Так появилась новая национальность, название которой произошло от построенного в те времена города Баоань. Долгое время социальный и экономический уровень народа был невысоким. Однако после обретения независимости в 1952 году и образования Цзишишань-баоань-дунсян-саларского автономного уезда в 1981-ом их жизнь значительно улучшилась. Благодаря государственной поддержке для баоань открываются новые школы и больницы, успешно развиваются торговля и сельское хозяйство.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: