Когда Китай станет супердержавой, то будет… - KRINTEL.RU

Когда Китай станет супердержавой, то будет…

Почему Китай не сможет стать главной державой планеты

Китайское руководство пытается опровергнуть один из главных страхов последнего времени – о том, что КНР уже в ближайшие десятилетия будет вместо США диктовать мировую повестку. Станет ли Китай в будущем мировым гегемоном? Будет ли, как Америка, навязывать свои ценности другим народам и посылать авианосцы для бомбардировок своих противников? Есть основания полагать, что вряд ли – и вот почему.

Вот уже несколько лет западные СМИ ведут масштабную кампанию по демонизации Китая. Пишут о том, что китайцы агрессивны, что они хотят захватить весь мир, стать «царем горы» вместо американцев и навязывать всем свой, китайский порядок. И если к американскому – со всеми его плюсами и минусами – мы привыкли, то вот подстроиться под китайский будет на порядок сложнее.

Власть трех китайцев

Китайцам, понятно, такие разговоры не нравятся. И на днях президент Китайской Народной Республики Си Цзиньпин, выступая на масштабном экономическом форуме, рассказал, что будет собой представлять китайский порядок. «Каким бы сильным ни стал Китай, он никогда не будет искать гегемонии, экспансии или сферы влияния. Не станет он участвовать и в гонке вооружений», – заявил товарищ Си. По его словам, КНР всегда выступает за глобализацию и межнациональную торговлю, а также считает, что правила и нормы международных отношений не должны устанавливаться лишь одной или несколькими странами. По сути, чистая, незамутненная никаким национальным или идеологическим диктатом многополярность.

Конечно, в каких-то вопросах китайский лидер явно лукавит. Например, в пункте про сферу влияния, каковой Китай считает, например, как Среднюю, так и Юго-Восточную Азию. И если в первом случае Пекин согласен делить ее с Москвой (просто потому, что Россия не мешает там китайской экспансии, да и взгляды двух стран на состояние и вектор развития региона по большей части совпадают), то Юго-Восточная Азия рассматривается Китаем как его эксклюзивный задний двор. КНР пытается выдавить оттуда как внешние страны (США), так и азиатские (Индию, Японию), а также так или иначе поставить тамошние государства под свой контроль.

И тому есть яркие примеры. В частности, один из российских бизнесменов рассказывал автору, как пытался заключить серьезный нефтегазовый контракт с руководством одной из ключевых стран Юго-Восточной Азии. После того, как он побывал в правительстве и все согласовал, ему был сделан звонок с предложением о встрече для «уточнения» деталей контракта. В итоге на встречу пришли три китайца, пояснив, что в этой стране и в этом секторе все решают они, и что договариваться ему нужно с ними. Бизнесмен отказался, после чего на следующий день ему позвонили из профильного министерства и сказали, что передумали сотрудничать.

Однако в этом лукавстве нет ничего странного и даже предосудительного. Что бы там ни говорили американцы о «новом мире без старых геополитических терминов», сферы влияния есть у любой мало-мальски серьезной региональной державы. У России, Турции, Франции, Ирана – и, естественно, самих США (Западная Европа и Южная Америка). Размер этой сферы определяется исключительно исходя из аппетита государства и ресурсно-идеологических возможностей эту сферу контролировать. Равно как и возможности по экспансии – тот же Китай, например, прямо сейчас чуть ли не колонизирует Африку. Потому что может и потому, что ему нужны африканские ресурсы.

Куда важнее то, правду ли говорит товарищ Си о том, что Китай «не будет искать гегемонии» просто потому, что не хочет? Ответ прост: китайский президент говорит правду лишь наполовину.

Китай действительно не будет стремиться к гегемонии. Но не потому, что не хочет (все-таки не стоит недооценивать жадную до всего природу человека, а также искушение вседозволенности, которое постоянно одерживает верх над принципом целесообразности со времен Адама), а потому, что не может. Для гегемонии у Китая нет ни экономических, ни военно-политических, ни идеологических ресурсов. Ни (что тоже очень важно) достаточной внутриполитической устойчивости.

Дорого и без проекции

Да, китайская экономика является второй в мире (а по расчетам паритета покупательской способности – первой). Да, китайская хай-тек-отрасль серьезно теснит западных и южнокорейских конкурентов. Да, у китайского юаня есть шанс стать глобальной валютой – особенно если национальная экономика будет расти, а доверие к американскому доллару продолжит падать. Ну или если американцы станут сами, своими руками толкать к Китаю союзников в этом богоугодном деле. Так, западные СМИ пишут о том, что вот уже несколько лет Москва работает вместе с Пекином над тем, чтобы юань потеснил доллар на международной арене. Якобы стороны не просто обмениваются пожеланиями и заявлениями, а реализуют продуманный многоступенчатый план.

Однако даже для Китая гегемония может оказаться непомерно дорогим удовольствием. Это сотни миллиардов долларов трат на военно-политические операции. Это финансирование своих союзников и федератов. Это дискредитация собственных финансовых институтов и возможностей ради сдерживания политических противников (как поступают американцы, вводя односторонние санкции и подрывая тем самым доверие к своим институтам глобального управления). Америка, напомним, надорвалась после всего лишь полутора десятилетий такой гегемонистской политики.

Что же касается военных возможностей, то да, по расходам на армию Китай находится на втором месте в мире (уступая – хоть и в разы – лишь Соединенным Штатам). При этом масштабные инвестиции в китайские вооруженные силы продолжаются, а сами они пока не дискредитируют себя какими-то громкими и/или демонстративными внешнеполитическими акциями. «Китай отправляет свои военные корабли или самолеты-шпионы к берегам Соединенных Штатов? Китай продает оружие Гавайям или Аляске, пытаясь способствовать их отделению от США?» – задает риторические вопросы представитель китайского консульства в Чикаго Шен Цивень.

Однако, во-первых, мощь государства определяется не только наличием силы, но и способностью ее проекции во внешний мир. У китайцев для этой проекции нет ни авианосного флота, ни разветвленной сети военных баз. Более того, у китайцев пока нет даже политического желания защищать свои интересы военным путем – и в Африке, и в Латинской Америке Пекин часто отступал перед военно-политическим напором Вашингтона.

Для гегемонии у Китая нет глобальной идеологии. Набора национальных ценностей, которые могут быть распространены и приняты населением всего мира в рамках глобализации. Условных «макдаков, английского языка, либеральной демократии».

Китайская еда и культура отнюдь не носят массовый, универсальный характер (даже японцы с их анимэ и суши тут обошли китайцев). Китайский язык крайне сложен для изучения и построен на чуждых тем же европейцам и американцам принципах.

А что такое интеграция?

Наконец, у Китая проблемы с толерантностью (в нормальном смысле этого слова). Китайская система даже не способна интегрировать уже находящиеся под ее контролем территории, где живет этнически, культурно или идеологически отличное население. Речь о Внутренней Монголии, Тибете, Синьцзяне и, конечно же, Гонконге. Везде вместо интеграции китайцы пытаются использовать подавление, перевоспитание (вплоть до создания специальных центров в Синьцзяне), что лишь порождает ответное насилие со стороны меньшинств. Китайцы, конечно, могут силой его подавить – но не уничтожить в зародыше саму идею национальной идентичности, превращающейся в контридентичность. В период слабости государства эта гниль может снова проявиться и даже распространиться по плоду.

Но даже в том случае, если Китай будет силен, пример Синьцзяна или Гонконга будет демонстрировать всем внешним странам нетолерантность Китая к «чуждым» идеям. Ряд соседей уже ощутили эту нетолерантность на себе – так, например, жители и элиты Средней Азии жалуются на высокомерное отношение со стороны китайцев, на пренебрежение к слабым. А это – идеальная чашка Петри для распространения синофобии.

Китай не любят не только в Средней Азии, но и в его собственном регионе. Пекин не может создать никакого «Восточноазиатского НАТО», потому что почти все страны Восточной Азии хотели бы создать такую систему коллективной безопасности для защиты от самого Китая.

У значительного числа стран с КНР территориальные проблемы, в которых китайские власти не идут на уступки, пытаясь силой принудить соседей принять свои условия. И это враждебное окружение, по сути, сдерживает рост возможностей Китая, ограничивает его способность проецировать силу в другие регионы мира.

Главным ограничителем из числа соседей является, конечно, Тайвань. По сути, это ахиллесова пята Китая. Тайвань не хочет возвращаться в состав КНР, и с каждым годом это нежелание лишь сильнее (вырастают новые поколения, воспринимающие остров как самостоятельное независимое государство). Китай не способен предложить острову приемлемую для того модель интеграции. В то же время и отпустить эту территорию в свободное плавание Пекин не может. Поэтому американцы по щелчку (например, дав добро местным элитам на провозглашение независимости) могут заставить Пекин либо начать военные действия против острова и стать агрессором, либо признать новый статус Тайваня и тем самым потерять лицо. Причем не только на внешней арене, но и среди населения КНР.

Государство с таким количеством уязвимых точек просто не может серьезно претендовать на роль глобального гегемона. Поэтому у Китая есть лишь один путь наверх – создавать многополярный мир. Своего рода глобальный совет директоров, коллективно решающий мировые проблемы и совместно несущий политические, экономические, а также военные расходы на осуществление этих решений. Совет, где одна-две державы будут отвечать за отдельные регионы и при этом уважать права, интересы и сферы влияния других «членов совета».

Китай — супердержава? Какие ваши доказательства?

На фоне резко обострившихся торговых и политических отношений межу КНР и США оживилась и дискуссия в Интернете по поводу этого самого торгово-политического конфликта. У нас почему-то активно болеют за тот самый Китай, активно ему сочувствуют и активно делают на него ставку в грядущем противостоянии. И почему-то активно им восхищаются. Скажу честно: не знаю, с чем это связано, не понимаю.

РФ и КНР — союзники? Ну как сказать, на фоне отношений с Западом российско-китайские отношения выглядят очень и очень неплохими, это так, но именно на фоне противостояния с Западом, и только. Ведь в чём «затык» и загвоздка: США уже неоднократно публично обвиняли в том, что они толкают Россию и Китай друг к другу. Причём «толкали» уже после того, как было широко объявлено о российско-китайском партнёрстве.

Ну и каков должен бы был быть результат этих «сближений» и «толканий»? Как вы мыслите? По меньшей мере, достаточно тесный военно-политический союз. О чём автор постоянно читал как в «нулевые», так и в «десятые». Россия и Китай. Китай и Россия. И что они должны делать против Америки и как ей противостоять… причём писали об этом достаточно безапелляционно и достаточно неглупые люди. Ну, и как бы вполне себе в это верилось. Потому как было логично, разумно и с окружавшей нас реальностью вполне себе стыковалось.

Потом случилось «кризисное десятилетие» 2008-2018 и всё, что с ним связано, и «оптимизма» поубавилось. Просто заниматься «рассуждаторством» можно долго и красиво, а вот реальная политика очень быстро всё расставляет на свои места. Так вот как раз хотелось бы бросить шустрый взгляд на ту самую «внешнюю политику Китая». Про экономические достижения Поднебесной у нас не писал только ленивый, с восхищением так писали. Тоже непонятный момент: каким образом Запад вложил гигантские деньги (без которых никакого бы чуда и не было) в страну под управлением… коммунистической партии?

Нас (и особенно украинцев) так долго пугали «декоммунизацией», что вот этот момент гигантских инвестиций в откровенно коммунистический режим не может не вызывать серьёзных вопросов: «А как же идеология?» Украина провела полную и окончательную декоммунизацию, но инвестиций не получила, а тут такое «раздолье». Россия 90-х тоже никаких «инвестиций» не получила, несмотря на откровенное отрицание идеологии коммунизма. Почему?

Что-то как-то не стыкуется, в смысле реальная жизнь не стыкуется с западной пропагандой. Рецепт китайского экономического чуда (а до него японского) достаточно прост: серьёзные инвестиции из-за рубежа плюс открытие богатых рынков США. Ну, им и попёрло… Что-то подобное пытались изобразить наши «горе-реформаторы» в конце 80-х, в 90-х. Но им «не попёрло». И рынки им не открыли, и инвестиций не дали. По поводу чего все 90-е продолжались политические конфликты между Россией и Западом. «А где инвестиции?» — вопрошали товарищи из Кремля (уже полностью «декоммунизированные»). «А это — чисто коммерческий вопрос, и бизнес такие решения принимает абсолютно самостоятельно». Так было принято отвечать «оттуда».

А вот в Китай те же самые западники очень активно вкладывались, что и привело к вполне очевидным результатам — созданию гигантской фабрики, производящей товары для богатых западных рынков. На этом (в своё время) поднялась Япония. На этом же поднялся и Китай. И по итогам уже много лет принято в восхищённых тонах описывать достижения Поднебесной. Что есть, то есть. Гигантскую фабрику (как раньше в Японии) создать удалось, это факт.

А вот что касается политических достижений Поднебесной, то тут всё не так однозначно, как многим хотелось бы. Вот нравится это кому-то или нет, но после 1945-го и до 1991-го мы жили в «двуполярном» мире. И это проявлялось буквально во всех сферах: в культуре, спорте, науке, экономике, не говоря уже о политике. Но надо понимать, что СССР (особенно 40-х/50-х) был достаточно бедной страной. Не было у него и близко тех денег, что у США. И тем не менее, двуполярная система имела место быть, и никто в ней не сомневался. СССР имея гораздо меньшие экономические ресурсы чем США сумел создать свой мир на планете Земля. И это было, и никто вопросов не задавал.

Войны в Корее, Вьетнаме, победа Мао в Китае до того. Широчайшее противостояние двух систем на всех континентах (включая Антарктику!) имело место быть. Вся история с 1945-го по 1991-ый может быть описана в рамках противостояния двух систем…

А вот как раз с современным Китаем всё не так просто, не так однозначно. Безусловно, в области экономики его достижения неоспоримы (на первый взгляд). И вроде бы китайцы «глобально проникают» везде, где только можно, в сфере экономики (и в Европе, и в Африке, и в Латинской Америке). Однако не всё так просто, не всё так позитивно. Де-факто Китай не предлагает альтернативы США. Да, именно так.

Читайте также  Небоскреб с водопадом – застройщики Китая не перестают удивлять

В чём была «фишка» пусть даже небогатого СССР после ВМВ? Он не был «завязан» на западные центры принятия решений. Он проводил самостоятельную внешнюю политику. Он был идеологически, политически, культурно независим. Именно за это его и ненавидели на Западе. Именно поэтому его всячески пытались «сжить со свету». А Китай? А что Китай? Китай никому, ничего и никак не предлагает. Китай не выдвигает никаких «альтернатив» западным политическим (глобальным) идеям.

Китай тупо торгует и просто инвестирует. Так это же здорово! Да как сказать… Почему-то вспоминается Япония 80-х, про которую говорили как про «экономического гиганта и политического карлика». Потом ещё она «накрылась медным тазом» рецессии на 25 лет. Просто поднимите и прочитайте газеты/книги 80-х и что они писали о «мегасупер» Японии. И какие «перспективы» расписывали. Но всё уныло накрылось медным тазом, увы. Одна из причин — Япония не была политически самостоятельна и была весьма ограничена в выборе стратегий национального развития.

«Японское экономическое чудо» закончилось, и сегодня страна находится в глубоком экономическом, политическом, ресурсном и смысловом тупике. Никто не говорит, что Китай обязан повторить судьбу Японии, но вот как-то «терзают смутные сомнения». Сомнения в способности китайского руководства выстроить устойчивую модель развития. Всё, что было у Китая, — четверть века ускоренного экономического развития (как когда-то у Японии). Причём сегодня фактически потенциал этого ускоренного развития (с низкой базы) исчерпан.

Выросли зарплаты в Китае, рынок насытился товарами китайского производства, да и уже почти 10 лет на планете бушует экономический кризис. То есть та самая «модель», в рамках которой китайцы построили свой экономический «парадиз», издыхает прямо на глазах. Тут вот многие любят поминать про долговые расписки казначейства США на триллион долларов, счастливым обладателем которых как раз и является Китайская Народная Республика. Вы таки юмора ситуации не чувствуете? А чем, собственно говоря, обеспечены эти долговые расписки? Честным американским словом?

Де-факто китайцы всей страной работали как папы Карло, чтобы заработать по центику этот триллион. А американцы… его просто напечатали. Но ведь они обязаны выкупить эти самые расписки? Да как сказать… если джентльмены перестают выигрывать по старым правилам… Почему-то большинство обозревателей считает, что этот «триллион» — мощное средство давления КНР на США. Опять же таки: это как посмотреть. Если ты должен банку десять тысяч долларов и не можешь заплатить — это твои проблемы, если десять миллионов — это уже, скорее, проблемы банка.

Как ни странно, Россия, имевшая долговых расписок по максимуму на 150 миллиардов, уже практически их не имеет (себе дороже). А вот «великий Китай» всё чего-то ждёт… Чего? В принципе, Китай в этом плане уже проиграл. Китайское руководство упустило время. Америка нанесла «упреждающий удар». Сегодня для Пекина «сбрасывать» долговые расписки американского казначейства немного поздно. Война Китаю (солидному держателю американских долгов) уже объявлена! Попытка сегодня начать «скидывать» те самые расписки к успеху уже не приведёт — это будет расценено как «акт агрессии», со всеми вытекающими.

Как раз для США сегодня те самые расписки служат аргументом для шантажа и давления — Китаю очень сложно будет смириться с потерей этих денег. А, как мы все понимаем, это сегодня фактически неизбежно. Но смиряться с этим китайцы никак не хотят. Признать тот факт, что китайское руководство так обмишурилось, — себе дороже. А если кто из читателей будет упорствовать в необходимости выплат как залога доверия к американским финансовым инструментам, так сегодня администрация Трампа открыто объявила торговую войну всему миру, а вы про какой-то смешной триллион в расписках рассуждаете.

И вообще, время тревожное сегодня, кругом арабские террористы и русские хакеры… тут не до сантиментов. Де-факто Китай по сей день не проводит самостоятельной внешней политики. Наиболее ярко и выпукло это было продемонстрировано после пафосных военных учений «Восток-2018», где приняли участие представители НОАК и где Путин встречался с китайскими политиками. Всё было громко и пафосно, а потом стало известно, что банки Поднебесной приостановили платежи российских контрагентов по «американским санкционным спискам». Такая вот китайская «сверхдержава».

Почему-то все рассматривают это обидный факт исключительно с точки зрения российско-китайских отношений. Но тут надо смотреть в глобальном смысле. Ещё лет 10 назад все российские аналитики были абсолютно убеждены, что для Китая независимость в сфере финансов — краеугольный камень державности и суверенитета (небезызвестный «Авантюрист» из Омска на этом строил свои рассуждения). И вот «на тебе» … Почему-то большинство аналитиков сегодня рассматривают данное решение китайских банков как удар по престижу России. Я бы смотрел на ситуацию несколько иначе…

Китай фактически «окружён»: Япония, Ю. Корея, Тайвань, Филиппины, Вьетнам, Малайзия, Бруней, Индия… Со всеми этими странами у Китая серьёзные «территориальные тёрки». Американские политики даром хлеба не едят и своё дело знают. Назвать стратегическое положение сверхперенаселённого Китая, окружённого «недрузьями», блестящим язык не поворачивается. У Китая очень много проблем. И за большинством из них стоят «американские партнёры». Но даже сотрудничать в финансовой сфере с Россией (вроде как союзником!) без разрешения американцев «великий Китай» «не готов».

«Блестящая изоляция номер два». И, кстати, проблему Тибета и проблему уйгур тоже никто не отменял… И за ними (уже несколько поколений) тоже стоят американские «партнёры». Кстати, в своё время СССР признал Тибет и Тайвань китайскими, без вопросов, а вот Крым, с точки зрения Пекина, сегодня украинский. Такая вот «сверхдержавность». При этом степень влияния американцев на китайскую внутреннюю политику такова, что они способны разрешать и запрещать осуществление платежей китайским банкам, то есть для китайских банкиров Вашингтон более авторитетен, чем Пекин. «Моя плакать».

Что-то, знаете, «меня терзают смутные сомнения» в блистательных перспективах «великого Китая». А вы говорите, они проворовавшихся чиновников расстреливают? Пусть расстреливают. Ну, если нет более достойных занятий.

OpenTown Открытый город

  • 707 2
  • источник: www.kramola.info

    Китай готовится стать мировой супердержавой. У него уже есть план этого, и президент Китая Си Цзиньпин публично заявил, что хочет, чтобы Китай к 2050 году возглавил мир.

    Если Китаю удастся это осуществить, мы увидим, что наш мир полностью изменится — возможно, это произойдёт ещё при нашей жизни. Влияние Америки будет слабеть, и впервые в истории величайшей силой в мире станет Китайская Народная Республика.

    Нам не нужно размышлять о том, каким этот мир будет. Китай дал понять, как он хочет изменить мир по своему подобию, и мир должен быть похожим на Китайскую Народную Республику.

    1. Большое значение приобретут африканские страны

    Возвышение Китая будет полезным не только для Китая. Изменится весь баланс сил, и больше всего изменений произойдёт в Африке.

    Не многие знают, какую значительную роль в жизни африканских стран Китай играет уже сейчас. В настоящее время он является крупнейшим в мире поставщиком помощи на континент. Китай вложил в эти страны миллиарды долларов, и планирует вкладывать ещё больше. По прогнозам, к 2025 году китайские инвестиции в Африку достигнут 1 триллиона долларов.

    Западные страны слишком озабочены моральными проблемами, они не вкладывают деньги в континент, где многие страны возглавляются диктаторами. Американские вложения всегда сопровождаются оговорками с требованиями политических реформ или смягчения режима. Иногда, в зависимости от того, кто является президентом, они прекращаются вообще.

    Но Китаю всё равно, что делают в Африке. Он готов с радостью давать деньги любым африканским тиранам, если ему это выгодно. Китай говорит, что на каждый вложенный в Африку доллар он получает шесть.

    Африка уже зарекомендовала себя как один из ближайших торговых партнёров Китая, и взамен Китай лоббировал признание большего количества африканских государств в ООН. Это означает, что по мере подъёма Китая вместе с ним будет подниматься и Африка. И поскольку все они будут проводить согласованную политику, мир окажется под совместным влиянием Китая и Африки.

    2. Соединённые Штаты скатятся в депрессию

    Если Соединённые Штаты утратят свой статус единственной супердержавы, их ждут огромные потрясения. Страна не просто откатится на вторую позицию — её ждёт огромная экономическая депрессия.

    Америка прекрасно живёт из-за того, что её валюта используется практически для всех международных торговых операций. Доллар США рассматривается как новый золотой стандарт, и это придаёт американской экономике относительную стабильность.

    Но Китай намерен положить конец лёгкой жизни Америки. Он публично заявил о своём намерении заменить в международной торговле американский доллар китайским юанем, и если ему это удастся, Америка сильно пострадает.

    Как только доллар потеряет свой статус международной валюты, экономика США обрушится. Страна почти в одночасье потеряет два процента своей экономической продукции. Цены на импорт резко возрастут, экспортные цены резко упадут, и многие люди потеряют работу.

    В конце концов, не исключено, что США придётся просить помощь у Африки

    3. Практика «мирового жандарма» закончится

    Несмотря на паранойю некоторых людей, Китай, вероятно, не будет использовать свою силу, чтобы захватить мир и заставить всех быть коммунистами. Если судить по отношениям Китая с африканскими странами, он будет править очень мягкой рукой.

    Китай официально придерживается политики невмешательства во внутренние дела африканских стран. В то время как США постоянно вмешиваются в эти дела и борются с диктатурами, Китай, как правило, оставляет их в покое. Он вкладывал деньги в такие страны, как Судан и Зимбабве, даже на пике преступлений в области прав человека, придерживаясь принципа, что в его обязанности не входит работа в качестве полиции.

    Это довольно значительное отличие от США. Американская армия предназначена не только для защиты Америки, она считается главной защитой всей Европы, не говоря о многих других странах по всему миру.

    Но Китай не заботится о демократии. И если его армия будет сильнее американской, наступит конец эпохе американских солдат, базирующихся в слаборазвитых странах.

    4. Преподаватели будут обучать по утверждённой государством программе

    Китай не станет завоёвывать менее развитые страны, чтобы управлять ими, но это не значит, что он не будет пытаться влиять на формирование мыслей жителей этих стран. Он собирается править при помощи того, что обычно называют «мягкой силой».

    Частично это делается через образовательную систему. Сейчас Китай пытается заманить как можно больше студентов в свои университеты. Он уже привлёк больше африканских студентов, чем США и Великобритания, и потенциально это направлено на формирование будущих политиков.

    В китайских школах преподаватели должны пропагандировать одобренные государством идеи, делая упор на китайские и коммунистические идеалы. Есть все основания полагать, что по мере того, как Китай будет становиться сверхдержавой, он будет распространять свою идеологию по всему миру.

    Китай уже начал оказывать влияние на образование в других странах. Он открыл около 1500 конфуцианских школ в 140 разных странах, и все они находятся под государственным контролем. В этих школах есть китайские учителя, которым специально поручено поддерживать «китайскую модель развития» и искоренять «западные заблуждения» в своих классах.

    Это означает, что когда у Китая будет достаточно сил, система образования поменяется не только в Китае. Вам придётся учиться по программе, одобренной китайским правительством

    5. История будет насильственно переписана

    Коммунистическая партия Китая публично заявила о своём намерении переписать историю. В своём выступлении президент Си Цзиньпин сказал народу, что он работает над развитием «международного общения», чтобы получить возможность «представить настоящий, многомерный и панорамный взгляд на Китай».

    Это может показаться малозначительным, но есть и другие сообщения из Народной Республики, которые показывают, что это значит. Китай решил переписать то, что он считает «западными искажениями» истории, или, другими словами, заменить западную версию истории своей.

    Один из пунктов в повестке дня — изменить отношение к председателю Мао и заставить мир считать его мудрым и влиятельным лидером. Китай хочет изменить мнение о том, что победа коммунистов в Китае привела к проблемам и ослабила страну. И он хочет всех убедить, что расстрел на площади Тяньаньмэнь был несправедливым

    6. Закат Европы

    После тысячи лет господства Европы мы видим начало её заката. Начиная с 2000 года, влияние европейских стран неуклонно ослабевает, в то время как Азия показывает устойчивый рост. Между тем, Китай укрепляет свои партнёрские отношения со странами Азии и Африки, и это может означать, что весь центр мировой власти может переместиться в Восточное полушарие.

    Европа меняется. Многие европейские страны отреагировали на снижение своего влияния попыткой переосмыслить весь континент как единую державу. Но если Китай станет мировой сверхдержавой, мы можем ожидать, что для него Северная Америка и Европа станут гораздо менее важными, чем союзники на Востоке. Европейцы скоро увидят, что когда Азия и Африка выйдут вперёд, их доходы резко сократятся, а их роскошная жизнь исчезнет

    7. Тематика фильмов будет определяться государственной пропагандой

    Когда Китай получит власть, вечер в кинозале буде похож на вечер в китайском министерстве пропаганды. Китай откровенен в своих целях. Он хочет, чтобы фильмы в кинотеатрах, как выразился Си Цзиньпин, «прославляли нашу партию, нашу страну, наших людей и наших героев», и чтобы все могли убедиться, что Китай — это «цивилизованная страна с богатой историей, хорошим правительством и развитой экономикой».

    Китайское правительство создало свою собственную кинопроизводственную компанию, чтобы попытаться снимать эти фильмы. Она уже приступила к работе — например, недавно Мэтт Дэймон снялся в фильме «Великая стена».

    И Китаю уже удаётся заставить другие страны переписать сценарии своих фильмов. Китаец-злодей в «Красном рассвете» (версия 2012 года) был заменён на представителя Северной Кореи, а действие фильма «Петля времени» было перенесено в Китай будущего.

    Китай категорически отвергает идею о том, что искусство не должно контролироваться государством, и если его власть будет расти, он своего добьётся. Все ведущие фильмы, независимо от того, где их снимут, будут одобряться отделом пропаганды и корректироваться до тех пор, пока не получат одобрение государства

    8. Япония будет исключена из международного сообщества

    «Ни одна страна не ощущает рост Китая глубже, чем Япония», — говорит Шейла А. Смит из Совета по международным отношениям. Восхождение Китая на вершину власти значит для Японии намного больше, чем для любой другой страны. Японии придётся либо подчиниться его воле, либо исчезнуть.

    Китай до сих пор не простил Японии те зверства, которые совершали японцы во время Второй мировой войны, отчасти потому, что Япония так и не извинилась за них. Жестокость японцев по-прежнему играет важную роль в китайской пропаганде, и государство гарантирует, что его граждане никогда не забудут, что японцы являются их врагами.

    До сих пор Япония не проявляла никаких признаков отказа от своих многочисленных споров с Китаем. Но если они не дадут Китаю то, что тот хочет, им будет тяжело, когда Китай возьмёт верх. Китай уже попытался ослабить роль Японии в ООН, его контролируемое государством информационное агентство «Синьхуа» когда-то писало, что этой стране придётся изменить своё «отношение к истории, если Япония хочет играть более значительную роль в ООН».

    Как только Китай будет у власти, ему не придётся угрожать. Он сможет просто полностью уничтожить Японию

    9. Тайвань будет захвачен

    Невозможно представить, чтобы при усилении Китая Тайвань оставался независимым. Китай недвусмысленно заявляет о своих требованиях по возвращению Тайваня под свой контроль, и Си Цзиньпин однажды сказал, что никогда не позволит «ни какому-либо человеку, ни какой-либо организации, ни какой-либо политической партии посягать на целостность китайской территории».

    Китай ясно показал, что если Тайвань не вернётся добровольно, то он готов взять страну силой, как только получит соответствующий повод. Об этом сказал представитель посольства Китая в Вашингтоне: «В тот день, когда корабль ВМС США прибудет в Гаосюн, наша Народно-освободительная армия объединит Тайвань с континентальным Китаем с помощью военной силы».

    Китай однозначно намекнул, что он готов к войне, если Тайвань попытается объявить независимость, независимо от того, кто его в этом поддержит.

    Единственное, что мешает ему сделать это сейчас — это то, что он не сможет выжить после неизбежной войны с США. Но если Китай станет сверхдержавой, Тайваню не останется ничего другого, как мирно отказаться от своей независимости

    10. Китай и Соединённые Штаты могут начать войну

    Китай хвастается, что ему нравится то, что он называет «мирным подъёмом», но вряд ли он всегда таким будет. Немногие глобальные сверхдержавы стали такими без насильственных конфликтов, и нет оснований считать, что с США и Китаем будет иначе.

    Китай готовится к этому. Одна из целей, провозглашённых Си Цзиньпинем на 2050 год, состоит в создании армии мирового класса, которая, по его словам, «сможет сражаться и побеждать», даже если речь зайдёт о Соединённых Штатах Америки.

    Однако пока США не собираются уступать Китаю. Обе страны увязли в агрессивном экономическом противоборстве, но в то же время сильно зависят друг от друга.

    Есть все основания полагать, что это закончится новой холодной войной — или, если всё пойдёт по-другому, жестоким военным конфликтом, после которого останется только одна сверхдержава.

    • Facebook
    • Twitter
    • Вконтакте
    • Одноклассники Мой мир Google+ LiveJournal Подписаться

    0 комментариев *

    Похоже, что не от Бога правители все, кто о мировом господстве грезит!? Бедные простые люди всех стран! . ВСЕ ВЛАДЫКИ ! Останутся у РАЗБИТОГО КОРЫТА, по Пушкину!

    Читать целиком не стал, но когда Китай станет главной мировой державой, адекватные люди будут с тоской вспоминать «проклятых Янки».

    Когда взорвется Китай?

    Станет ли Китай супердержавой?

    Стремительно растущая экономическая и военная мощь Китая в ближайшем будущем превратит его в супердержаву, которая начнет диктовать миру свои условия. Необходимо безотлагательно предпринять действия по сдерживанию Китая. Это — лейтмотив множества алармистских публикаций западных, прежде всего американских, экспертов и некоторых политиков.

    Китаю никогда не стать супердержавой ХХI века. Страну взорвут нарастающие внутренние противоречия. Уже сегодня надо думать над тем, как пережить грядущий распад самой многонаселенной страны мира. Тревожные оценки такого рода гораздо менее заметны, но они есть, и от них не следует просто отмахиваться.

    Убедительные аргументы есть у сторонников каждой из этих точек зрения.

    Что может взорвать китайское общество?

    Внутренние конфликты присущи практически всем государствам, независимо от их размера и влияния в мире. У каждого свой «набор». Причем, чем больше государство, тем сложнее набор противоречий. Китай в этом смысле не является исключением.

    Краткая предыстория

    В 2003 — 2004 гг. известный экономист Ху Аньгань и ряд других китайских экспертов выделили 3 крупных блока проблем: 1) Глобальные и институциональные вызовы. К ним отнесли угрозы полной экономической либерализации в связи со вступлением в ВТО; опасность западной политической либерализации; демографические проблемы и безработицу; поляризацию общества и социальную нестабильность; бедность части населения; национальные проблемы.

    2) Отраслевые (секторальные) вызовы: противоречия между частным (капиталистическим) и государственным (социалистическим) секторами экономики; проблемы сельского хозяйства; дефляция и «перегрев» многих отраслей; дефицит нефтегазовых ресурсов; неравномерность развития провинций.

    3) Внешние вызовы — тайваньский фактор, северокорейский ядерный вопрос, японо-китайские проблемы и пр.

    К этому списку необходимо еще добавить движение «Фалуньгун», выросшее в начале 2000-х годов. Появление секты и реакция властей отражают определенный кризис ценностей в китайском обществе. Движение, основанное на традиционной оздоровительной практике «цигун», поначалу не вызывало беспокойства. Однако рост числа сторонников «Фалуньгун» был стремительным, мистические искания для многих стали бегством от несправедливости общественной жизни и свидетельством разочарования в официальной идеологии. По сути «Фалуньгун» стал превращаться в общенациональную структуру, причем неподконтрольную партии. Это привело к противостоянию адептов «Фалуньгун» и властей, которое продолжается до сих пор.

    Что сегодня? «Новые»-«старые» вызовы

    За семь лет в КНР изменилось многое, в том числе и проблемы. Часть из них — адаптация к режиму ВТО, движение «Фалуньгун», «перегрев» экономики и некоторые другие отошли на второй план. Китай успешно пережил мировой финансовый кризис. Однако 2011 г. на первое место выдвинул три проблемы, которые и раньше фигурировали в «черном списке», но не являлись ключевыми.

    Социальный вызов

    На фоне растущего расслоения на бедных и богатых, недовольство населения вызывают случаи насильственного выселения жителей из старых домов для строительства современных объектов. Увеличивается число маргинальных групп из бывших крестьян, лишившихся земли, которые сезонно мигрируют из деревни в город и обратно в поисках работы. В Китае происходит стремительное старение населения — «нарастание волны серебряных волос», при этом сокращается численность трудоспособных молодых китайцев (от 20 до 40 лет). Количество нетрудоспособного населения в течение 10 лет будет увеличиваться на 8–9 млн ежегодно. Число же китайцев старше 60 лет сегодня составляет 170 млн чел (12,6% населения). Отсюда увеличение нагрузки на пенсионную систему, которая охватывает в Китае около 30% пожилого городского населения. В КНР действует система обязательного пенсионного страхования, куда входит примерно 45% городского трудоспособного населения. То есть большое количество стариков (особенно в деревне) остается на содержании своих детей. Искусственное ограничение рождаемости (политика «одна семья — один ребенок») привело к тому, что сегодня молодая семейная пара (два человека) вынуждена полностью или частично содержать четырех пожилых родителей, а иногда еще бабушек и дедушек. Это резко усиливает давление на молодых китайцев, которым и так приходится пробиваться в жизни в условиях жесточайшей конкуренции. Все это расширяет базу социального недовольства.

    Китайское руководство пытается реагировать на социальные вызовы. Председатель Ху Цзиньтао отмечал, что «погоня за рекордами (прирост ВВП и др.) в Китае закончилась и теперь главная цель реформ — это простой человек, повышение качества его жизни».

    Политическая реформа

    В более широком плане она известна как проблема соотношения социализма и капитализма в КНР. Чего больше в китайском обществе — первого или второго и не станет ли Китай полностью капиталистическим? Подобные дискуссии в КНР стали возможны в условиях развивающегося плюрализма и гласности. Полем острого столкновения мнений стал китайский Интернет. В блогах и на форумах широко цитируют речь премьера Госсовета КНР Вэнь Цзябао, с которой он выступил в конце 2010 г. в г. Шэньчжэне, по случаю 30-летия создания экономической зоны. Глава правительства в этом выступлении подчеркнул острую необходимость «реформирования политической системы КНР». Это означает, что китайское руководство не отмахивается от этого вопроса, а наоборот предлагает свою методологию решения: развитие реформы Всекитайского собрания народных представителей (альтернативные выборы, усиление состязательности, расширение полномочий), демократизация КПК, углубление гласности и открытости. Проблема в том, устроит ли это растущий средний класс, который по мере удовлетворения базовых потребностей будет требовать все больших свобод. Многие эксперты отмечают, что в китайском обществе растет разрыв между завышенными ожиданиями лучшей жизни и сравнительно медленными темпами её улучшения. Это касается не только экономики, но и политики. Постепенность политической реформы устраивала всех, пока Китай наращивал экономическую мощь, поскольку обеспечение пищей, одеждой и крышей над головой были на первом месте. Но сохранится ли такой общественный консенсус в будущем — большой вопрос.

    Взорвет ли Китай национализм?

    Успешные реформы вдохнули в китайскую нацию колоссальную энергетику. Она чувствуется везде — в глухих районах и огромных мегаполисах, среди ученых, артистов, политиков и простых граждан. Если сжато сформулировать настроения в обществе, можно выразить их так: «Запад 200 лет нас унижал, но за 30 лет реформ мы поднялись с колен и доказали миру, на что мы способны. Мы сделаем еще больше, в десятки раз больше, чем сегодня, и Китай обязательно станет великим государством».

    В КНР сложилось экспертное направление, которое с разных идеологических позиций (антизападных, прозападных) обосновывает будущую роль Китая в мире и то, «чем Китай недоволен сегодня».

    В России и на Западе некоторые эксперты считают, что китайское руководство иногда поддерживает и даже негласно формирует эти настроения, ссылаясь на неофициальный характер подобных публикаций. Во многом это делается для «внешнего потребителя» — чтобы ответить на американское сдерживание Китая или японские территориальные претензии. Но национализм — фактор, который может расшатать стабильность, если он выйдет из- под контроля. В любом случае, проблема есть и для нового руководства, после 2012 г. она явно обострится. Ключевым в плане безопасности для самого Китая, видимо, станет политический контроль над подобными настроениями. Как заметил бывший посол КНР в России Ли Фэньлинь, «Национализм это плохо, а патриотизм — хорошо. Нельзя смешивать эти понятия. Патриотизм усиливает Китай, а национализм его убивает».

    Продолжают обостряться экологические и ресурсные угрозы. Первые связаны с истощением почв, нехваткой и загрязнением воды, атмосферы, наступлением пустынь и др. Вторая — с проблемой нехватки ресурсов, прежде всего энергетических — нефти, газа и др. Представим, что произойдет, если вдруг из-за проблем с энергоресурсами остановится «мировая фабрика». Без средств к существованию останется население целых городов, в основном на юге. Рост социального недовольства, многомиллионная армия безработных нанесут сильнейший удар по тому, чем в Китае дорожат больше всего, — по стабильности.

    Резюме. Насколько реальны угрозы?

    Теоретически системный кризис в КНР может случиться только в том случае, если несколько главных вызовов и угроз сойдутся «в одно время и в одном месте». Однако внутренние проблемы и угрозы в Китае носят разновременный и разнонаправленный характер. Часть угроз купирована. Что-то осталось в прошлом, что-то проявится в будущем. На нейтрализацию же отдельных проблем китайского ресурса достаточно, но реальная угроза обострения обстановки есть. Недаром число «массовых инцидентов» — пикетов, демонстраций, забастовок — в Китае ежегодно исчисляется тысячами. Китайские власти жестко отреагировали на призывы в Интернете к «жасминовой революции» по аналогии с недавними событиями в Северной Африке. Это свидетельствует о том, что к возможности в одно мгновение расшатать ситуацию, организовать массовые выступления, в том числе с помощью Интернета, в Пекине относятся куда как серьезно. Тем более, что основа для социального недовольства в Китае существует. Отсюда — декларированная на сессии ВСНП корректировка политического курса и планируемые многомиллиардные вливания в социальную сферу. Удастся ли таким образом купировать протестные настроения и не допустить, чтобы отдельные социальные протесты на местах не переросли во «всеобщий хаос»? Ведь возможный социальный взрыв и вполне вероятный в этом случае сценарий распада Китая — самый опасный, как для самих китайцев, так и окружающего мира. Если в 1990-е годы мир «переварил» распад СССР, то гипотетический коллапс Китая без серьезных последствий «переварить» вряд ли удастся.

    dymontiger

    • Add to friends
    • RSS

    Интересное в сети!

    Курьезы, юмор, а иногда и жесть, все это вы найдете здесь;)

    Китай готовится стать мировой супердержавой. У него уже есть план этого, и президент Китая Си Цзиньпин публично заявил, что хочет, чтобы Китай к 2050 году возглавил мир.

    Если Китаю удастся это осуществить, мы увидим, что наш мир полностью изменится – возможно, это произойдёт ещё при нашей жизни. Влияние Америки будет слабеть, и впервые в истории величайшей силой в мире станет Китайская Народная Республика.

    Нам не нужно размышлять о том, каким этот мир будет. Китай дал понять, как он хочет изменить мир по своему подобию, и мир должен быть похожим на Китайскую Народную Республику.

    10. Большое значение приобретут африканские страны

    Возвышение Китая будет полезным не только для Китая. Изменится весь баланс сил, и больше всего изменений произойдёт в Африке.

    Не многие знают, какую значительную роль в жизни африканских стран Китай играет уже сейчас. В настоящее время он является крупнейшим в мире поставщиком помощи на континент. Китай вложил в эти страны миллиарды долларов, и планирует вкладывать ещё больше. По прогнозам, к 2025 году китайские инвестиции в Африку достигнут 1 триллиона долларов.

    Западные страны слишком озабочены моральными проблемами, они не вкладывают деньги в континент, где многие страны возглавляются диктаторами. Американские вложения всегда сопровождаются оговорками с требованиями политических реформ или смягчения режима. Иногда, в зависимости от того, кто является президентом, они прекращаются вообще.

    Но Китаю всё равно, что делают в Африке. Он готов с радостью давать деньги любым африканским тиранам, если ему это выгодно. Китай говорит, что на каждый вложенный в Африку доллар он получает шесть.

    Африка уже зарекомендовала себя как один из ближайших торговых партнёров Китая, и взамен Китай лоббировал признание большего количества африканских государств в ООН. Это означает, что по мере подъёма Китая вместе с ним будет подниматься и Африка. И поскольку все они будут проводить согласованную политику, мир окажется под совместным влиянием Китая и Африки.

    9. Соединённые Штаты скатятся в депрессию

    Если Соединённые Штаты утратят свой статус единственной супердержавы, их ждут огромные потрясения. Страна не просто откатится на вторую позицию – её ждёт огромная экономическая депрессия.

    Америка прекрасно живёт из-за того, что её валюта используется практически для всех международных торговых операций. Доллар США рассматривается как новый золотой стандарт, и это придаёт американской экономике относительную стабильность.

    Но Китай намерен положить конец лёгкой жизни Америки. Он публично заявил о своём намерении заменить в международной торговле американский доллар китайским юанем, и если ему это удастся, Америка сильно пострадает.

    Как только доллар потеряет свой статус международной валюты, экономика США обрушится. Страна почти в одночасье потеряет два процента своей экономической продукции. Цены на импорт резко возрастут, экспортные цены резко упадут, и многие люди потеряют работу.

    В конце концов, не исключено, что США придётся просить помощь у Африки.

    8. Практика «мирового жандарма» закончится

    Несмотря на паранойю некоторых людей, Китай, вероятно, не будет использовать свою силу, чтобы захватить мир и заставить всех быть коммунистами. Если судить по отношениям Китая с африканскими странами, он будет править очень мягкой рукой.

    Китай официально придерживается политики невмешательства во внутренние дела африканских стран. В то время как США постоянно вмешиваются в эти дела и борются с диктатурами, Китай, как правило, оставляет их в покое. Он вкладывал деньги в такие страны, как Судан и Зимбабве, даже на пике преступлений в области прав человека, придерживаясь принципа, что в его обязанности не входит работа в качестве полиции.

    Это довольно значительное отличие от США. Американская армия предназначена не только для защиты Америки, она считается главной защитой всей Европы, не говоря о многих других странах по всему миру.

    Но Китай не заботится о демократии. И если его армия будет сильнее американской, наступит конец эпохе американских солдат, базирующихся в слаборазвитых странах.

    7. Преподаватели будут обучать по утверждённой государством программе

    Китай не станет завоёвывать менее развитые страны, чтобы управлять ими, но это не значит, что он не будет пытаться влиять на формирование мыслей жителей этих стран. Он собирается править при помощи того, что обычно называют «мягкой силой».

    Частично это делается через образовательную систему. Сейчас Китай пытается заманить как можно больше студентов в свои университеты. Он уже привлёк больше африканских студентов, чем США и Великобритания, и потенциально это направлено на формирование будущих политиков.

    В китайских школах преподаватели должны пропагандировать одобренные государством идеи, делая упор на китайские и коммунистические идеалы. Есть все основания полагать, что по мере того, как Китай будет становиться сверхдержавой, он будет распространять свою идеологию по всему миру.

    Китай уже начал оказывать влияние на образование в других странах. Он открыл около 1500 конфуцианских школ в 140 разных странах, и все они находятся под государственным контролем. В этих школах есть китайские учителя, которым специально поручено поддерживать «китайскую модель развития» и искоренять «западные заблуждения» в своих классах.

    Это означает, что когда у Китая будет достаточно сил, система образования поменяется не только в Китае. Вам придётся учиться по программе, одобренной китайским правительством.

    6. История будет насильственно переписана

    Коммунистическая партия Китая публично заявила о своём намерении переписать историю. В своём выступлении президент Си Цзиньпин сказал народу, что он работает над развитием «международного общения», чтобы получить возможность «представить настоящий, многомерный и панорамный взгляд на Китай».

    Это может показаться малозначительным, но есть и другие сообщения из Народной Республики, которые показывают, что это значит. Китай решил переписать то, что он считает «западными искажениями» истории, или, другими словами, заменить западную версию истории своей.

    Один из пунктов в повестке дня – изменить отношение к председателю Мао и заставить мир считать его мудрым и влиятельным лидером. Китай хочет изменить мнение о том, что победа коммунистов в Китае привела к проблемам и ослабила страну. И он хочет всех убедить, что расстрел на площади Тяньаньмэнь был несправедливым.

    5. Закат Европы

    После тысячи лет господства Европы мы видим начало её заката. Начиная с 2000 года, влияние европейских стран неуклонно ослабевает, в то время как Азия показывает устойчивый рост. Между тем, Китай укрепляет свои партнёрские отношения со странами Азии и Африки, и это может означать, что весь центр мировой власти может переместиться в Восточное полушарие.

    Европа меняется. Многие европейские страны отреагировали на снижение своего влияния попыткой переосмыслить весь континент как единую державу. Но если Китай станет мировой сверхдержавой, мы можем ожидать, что для него Северная Америка и Европа станут гораздо менее важными, чем союзники на Востоке. Европейцы скоро увидят, что когда Азия и Африка выйдут вперёд, их доходы резко сократятся, а их роскошная жизнь исчезнет.

    4. Тематика фильмов будет определяться государственной пропагандой

    Когда Китай получит власть, вечер в кинозале буде похож на вечер в китайском министерстве пропаганды. Китай откровенен в своих целях. Он хочет, чтобы фильмы в кинотеатрах, как выразился Си Цзиньпин, «прославляли нашу партию, нашу страну, наших людей и наших героев», и чтобы все могли убедиться, что Китай – это «цивилизованная страна с богатой историей, хорошим правительством и развитой экономикой».

    Китайское правительство создало свою собственную кинопроизводственную компанию, чтобы попытаться снимать эти фильмы. Она уже приступила к работе – например, недавно Мэтт Дэймон снялся в фильме «Великая стена».

    И Китаю уже удаётся заставить другие страны переписать сценарии своих фильмов. Китаец-злодей в «Красном рассвете» (версия 2012 года) был заменён на представителя Северной Кореи, а действие фильма «Петля времени» было перенесено в Китай будущего.

    Китай категорически отвергает идею о том, что искусство не должно контролироваться государством, и если его власть будет расти, он своего добьётся. Все ведущие фильмы, независимо от того, где их снимут, будут одобряться отделом пропаганды и корректироваться до тех пор, пока не получат одобрение государства.

    3. Япония будет исключена из международного сообщества

    «Ни одна страна не ощущает рост Китая глубже, чем Япония», – говорит Шейла А. Смит из Совета по международным отношениям. Восхождение Китая на вершину власти значит для Японии намного больше, чем для любой другой страны. Японии придётся либо подчиниться его воле, либо исчезнуть.

    Китай до сих пор не простил Японии те зверства, которые совершали японцы во время Второй мировой войны, отчасти потому, что Япония так и не извинилась за них. Жестокость японцев по-прежнему играет важную роль в китайской пропаганде, и государство гарантирует, что его граждане никогда не забудут, что японцы являются их врагами.

    До сих пор Япония не проявляла никаких признаков отказа от своих многочисленных споров с Китаем. Но если они не дадут Китаю то, что тот хочет, им будет тяжело, когда Китай возьмёт верх. Китай уже попытался ослабить роль Японии в ООН, его контролируемое государством информационное агентство «Синьхуа» когда-то писало, что этой стране придётся изменить своё «отношение к истории, если Япония хочет играть более значительную роль в ООН».

    Как только Китай будет у власти, ему не придётся угрожать. Он сможет просто полностью уничтожить Японию.

    2. Тайвань будет захвачен

    Невозможно представить, чтобы при усилении Китая Тайвань оставался независимым. Китай недвусмысленно заявляет о своих требованиях по возвращению Тайваня под свой контроль, и Си Цзиньпин однажды сказал, что никогда не позволит «ни какому-либо человеку, ни какой-либо организации, ни какой-либо политической партии посягать на целостность китайской территории».

    Китай ясно показал, что если Тайвань не вернётся добровольно, то он готов взять страну силой, как только получит соответствующий повод. Об этом сказал представитель посольства Китая в Вашингтоне: «В тот день, когда корабль ВМС США прибудет в Гаосюн, наша Народно-освободительная армия объединит Тайвань с континентальным Китаем с помощью военной силы».

    Китай однозначно намекнул, что он готов к войне, если Тайвань попытается объявить независимость, независимо от того, кто его в этом поддержит.

    Единственное, что мешает ему сделать это сейчас – это то, что он не сможет выжить после неизбежной войны с США. Но если Китай станет сверхдержавой, Тайваню не останется ничего другого, как мирно отказаться от своей независимости.

    1. Китай и Соединённые Штаты могут начать войну

    Китай хвастается, что ему нравится то, что он называет «мирным подъёмом», но вряд ли он всегда таким будет. Немногие глобальные сверхдержавы стали такими без насильственных конфликтов, и нет оснований считать, что с США и Китаем будет иначе.

    Китай готовится к этому. Одна из целей, провозглашённых Си Цзиньпинем на 2050 год, состоит в создании армии мирового класса, которая, по его словам, «сможет сражаться и побеждать», даже если речь зайдёт о Соединённых Штатах Америки.

    Однако пока США не собираются уступать Китаю. Обе страны увязли в агрессивном экономическом противоборстве, но в то же время сильно зависят друг от друга.

    Есть все основания полагать, что это закончится новой холодной войной – или, если всё пойдёт по-другому, жестоким военным конфликтом, после которого останется только одна сверхдержава.
    ©

    Станет ли Китай супердержавой XXI века

    Председатель КНР Си Цзиньпин объявил о становлении Китая в качестве новой экономической сверхдержавы, однако Роберт Амстердам, основатель международной юридической фирмы Amsterdam & Partners LLP усмотрел в этом серьезные последствия для энергетических рынков и инвестиций.

    Как пишет Роберт Амстердам в статье Does China have the ENERGY to be a 21st century superpower? для Spear’s, 10 апреля Си Цзиньпин заявил, что Китай готов выполнять обязанности по защите и поддержке послевоенного глобального экономического порядка. Он пытался донести мысль об открытой для всех торговле, совместном процветании и, что самое важное, об объемах инвестиций в рамках инициативы ”Один пояс — один путь”. ”Мы должны воздержаться от доминирования и отказаться от игры с нулевой суммой, — сказал китайский лидер. — Мы не должны способствовать обнищанию наших соседей и продвигать политику властвования или гегемонии, в рамках которой сильные издеваются над слабыми. Вместо этого мы должны грамотно устранять разногласия и работать вместе над созданием прочного мира”.

    Сложно воспринимать мирный интернационалистский шаг Китая слишком серьезно — Пекин расширяет и милитаризирует территорию в Южно-Китайском море, спонсирует широко распространенный корпоративный шпионаж и кражу интеллектуальной собственности, а также внедряется в Африку и Латинскую Америку за счет мудреных долговых сделок. Но каков другой вариант? По сравнению с запятнанным брендом доктрины Трампа, включающим торговые войны, запреты на въезд мусульман, стены и страны-”вонючие дыры”, Китай предлагает не худший выбор.

    Но как Китай собирается продолжать выходить на вершину мирового порядка? Его масштабная перестройка будет серьезно влиять на энергетические рынки и инвестиции. С населением около 1,5 млрд человек и быстро растущим средним классом, решающая роль страны определяется огромными потребностями. КНР потребляет около 23,3% мировой энергии, в 2017 году спрос государства на энергоносители составил 33,6% мирового спроса. Это крупнейший нетто-импортер нефти и второй по величине импортер сжиженного природного газа (СПГ), и к 2040 году ожидается 27-процентный рост спроса на энергию.

    Эти рыночные показатели предоставляют Пекину непревзойденную способность влиять на глобальные энергетические рынки. И когда политические факторы начинают искажать естественное предложение и спрос, начинают происходить странные вещи.

    В начале августа в ответ на расширение тарифного режима администрации Трампа Китай объявил, что рассматривает вопрос о 25-процентном тарифе на экспорт СПГ из США, обозначив очень важную разделительную линию. Если Китай навяжет тарифы на экспорт американской энергии, весь ландшафт глобальных маршрутов поставок должен будет адаптироваться к серьезным изменениям, ослабив тем самым попытки администрации Трампа заставить другие страны взять на себя обязательства по увеличению импорта.

    Предлагаемые тарифы на газ со стороны Китая представляют собой хорошо просчитанное наступление. Только в прошлом году Министерство торговли США убедило китайские государственные компании заключить долгосрочные контракты на импорт американского СПГ, что привело к подписанию соглашения с крупнейшей компанией-поставщиком Cheniere. Теперь весь этот прогресс находится под угрозой.

    Между тем, Китай рассматривает и другие источники поставок, часто в рамках инициативы ”Один пояс — один путь”. Китай стал одной из первых стран, решивших проблему с продолжающимся крахом Венесуэлы. Пекин вдове усилил свое сотрудничество с Нигерией, вложив дополнительные $3 млрд в морское бурение.

    Пекин также ловко маневрирует вокруг различных споров. Вкладывая деньги во все уровни энергетического рынка и устанавливая новые отношения в области торговли энергией, Китай не только компенсирует неудачную геологию, но и эффективно снижает свою уязвимость к колебаниям глобального энергоснабжения.

    Это не означает, что какая-либо из этих тенденций представляет угрозу национальной безопасности или требует какой-то новой ”холодной войны” за ресурсы, но демонстрирует, что США и Западная Европа должны делать гораздо больше для того, чтобы конкурировать и играть ведущую роль в качестве правителей мировой экономики.

    • Аналитика
    • Мировые новости
    • Политика
    • Экономика
    • США
    • Китай
    • СПГ
    • нефть
    • газ
    • Один пояс один путь
    • Ещё .

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: