Путешествуем вместе с Александром Дюма - KRINTEL.RU

Путешествуем вместе с Александром Дюма

Путешествуем вместе с Александром Дюма

Все мы выросли на книгах Александра Дюма. Одним из его самых успешных и запоминающихся произведений стал роман про узника замка Иф «Граф Монте-Кристо». Этот знаменитый роман был написан в течение 1844-1845 гг. Для того чтобы произведение получилось правдоподобным, сам автор лично постели все те места, по которым путешествовали его герои. Итак, Франция: Корсика, Париж, Марсель, и, наконец, Замок Иф. Именно поэтому книга настолько правдоподобна.

В бывшем СССР также сняли свою экранизацию приключений Графа Монте-Кристо, которая до сих пор не теряет своей актуальности. Мрачный замок, в котором главный герой томился много лет, существует на самом деле. Вдохновлённый реальным замком Иф, Александр Дюма создал свою жуткую, трагическую историю про невероятно сильного мужчину, возомнившего себя равным Богу и считающим себя рукой Провидения. Очень часто случается, что, если герои выписаны настоящим мастером, то они кажутся поклонникам совершенно реальными. Недаром в Англии на Бейкер-стрит существует дом-музей Шерлока Холмса, которого никогда не существовала, но на чьей адрес до сих пор приходят письма, адресованные гениальному детективу. Вот и многие поклонники Графа Монте-Кристо хотя своими глазами увидеть тот замок Иф и ту камеру, где якобы томился Эдмон Дантес.

С чего началась история острова, где позже был выстроен замок Иф? Цезарь упоминал остров, когда оказался возле Марселя и остановился на этом маленьком островке на пару дней перед сражением. Иф – дикий остров, где когда-то останавливались рыбаки, если плохая погода заставала их в море.

Реально существующий до наших дней замок ИФ был построен в 1527-1531 гг. для защиты берегов Марселя от нападения врагов со стороны моря. Забавно, что ни разу на замок Иф не было совершено ни одного нападения, отчего он до нашего времени сохранился в отличном состоянии и является большим соблазном для туристов, как поклонников творчества Дюма, которые хотят на своей шкуре пытаться представить себе страдания и боль выдуманного Эдмона Дантеса, так и тех, кто просто любят отлично сохранившиеся старинные замки. Французское название Замка Иф Сhâteau d`If. Он находится в Средиземном море на южной стороне Франции на одном из самых мелких островов Фриульского архипелага (L`Archipel du Frioul), в департаменте Буше-дю-Рон. Эта защитная постройка, защищающая морские пути, ведущие в Марсель, по своей площади равна 30 тысячам квадратных метров.

Сам замок расположен на расстоянии мили от берегов Марселя. Замок кажется вросшим в скалу, так как он и был построен именно в скале, над островом же возвышаются только внешнее строение квадратной формы с тремя круглыми башнями и с небольшим внутренним двориком. Внешние стены сливаются со скалами. Также в замке находится маяк. Бастионы замка возвышаются над островом, их видно далеко с моря и побережья. В конце XVI века по периметру острова была выстроена крепостная стена, наблюдательная башня и церковь. В Марселе замок Иф пользуется огромной популярностью, туристы туда просто ломятся, замок – бывший защитный бастион никогда не пустует. Несмотря на свою защитную функцию, по словам инженера Вобана, замок Иф построен очень плохо, наспех, с большим количеством недостатков и проколов. Поэтому, возможно замку Иф крупно повезло, что ему ещё ни разу ему не пришлось выполнять свою прямую роль защиты от нападения. Хотя, быть может, многие враги Франции не нападали на Марсель именно из-за устрашающего вида замка Иф, кто знает? Лишь в 1531 г. Испанский король Карл V решил напасть на Марсель, но почему-то изменил своё решение. Французы считают, что короля напугал именно замок Иф. Быть может, так оно и было на самом деле.

Насчёт же второй роли замка Иф, роли, так поэтично и мрачно описанной Дюма, то замок Иф действительно служил темницей для политически неблагонадёжных гугенотов и других ссыльных, которых не устраивало тогдашнее политическое руководство Франции. Около 3500 и даже больше заключённых находилось в заточении в замке Иф, отчего защитное сооружение получило не самую лучшую, довольно мрачную репутацию. В Замке Иф кроме личностей, представляющих политическую опасность для французской политики того времени, также были заточены руководители Парижской коммуны.

Множество протестантов, которые очутились в замке Иф с 1689 года, там же и окончили свою жизнь. Из знаменитостей в замке Иф томился юный Мирабо, который провёл в тюрьме шесть месяцев, засаженный собственным отцом. Но его камера была роскошной, он даже мог устраивать у себя приёмы. Несмотря на прижившиеся легенды, ещё один из персонажей Дюма — таинственная Железная маска — не был в заключении в этом замке, как и Маркиз де Сад, который сидел во многих местах, но только не на этом острове.

Но камеры зловещего Замка Иф помнят распутного отшельника, которого в конце концов сожгли на костре, капитана корабля «Гранда Святого Антония», который завёз чуму в Марсель и многих других несчастных, ставших пленниками каменных стен известной на весь мир темницы. В 1830-х годах в замке Иф перестали сажать преступников, но в 1871 году сюда отправили в ссылку руководителей Парижской коммуны, а Гастона Кремье, их руководителя, расстреляли на территории замка Иф. Единственный раз, когда пушки стреляли на острове замка Иф, это произошло, когда король Франциск I встречал Катрин де Медичи.

Военный гарнизон на острове обслуживался с помощью шестидесяти человек.
Самым первым заключённым замка был рыцарь Ансельм, убитый в своей камере. Затем там содержалось множество каторжников, и даже моряк, который грубо ответил своему капитану просидел в своей камере 30 лет.

В каких же условиях содержали узников? Богачей, кто мог и из заточения управлять своим состоянием, поселяли в верхние камеры, где было окно и «вид на море». А самых бедных кидали во внутреннюю часть замка в тесные камеры без единого окна. Для туристов замок был открыт в 1890 году, а демилитаризован в конце 19 века. 7 июля 1926 г. Замок Иф специальным указом был занесён в список исторический памятников имеющих огромное национальное значение для Франции. Чтобы доплыть до замка Иф требуется преодолеть старый мол и древние укрепления из камня. Крутая дорога со старинными стенами ведёт к самому замку, где находится также бывший марсельский чумной карантин. Чтобы подняться к замку, нужно взобраться по винтовой лестнице и выйти в душный узкий дворик, где находится колодец, террасы с казематами, отделёнными друг от друга ржавыми решётками. Каждый каземат отмечен памятной табличкой.

Для тех, кто действительно увлечён творчество Дюма и его загадочного персонажа Графа Монте-Кристо, конечно, не составит труда догадаться, что реальной камеры, где томился Эдмон Дантес, в замке Иф, конечно же нет. Хотя, как туристам в Англии показывают домик Шерлока Холмса, так и для туристов, возжелавших полюбоваться на камеру Эдмона, показывают одну из камер. Конечно, это не та тёмная камера в подземелье, о которой говорилось в романе, а обычная камера для государственных преступников.

В этих камерах держали, как и описал Александр Дюма, именно государственных преступников в 19 веке, когда замок Иф служил в качестве тюрьмы. До 19 же века сооружённый в 1524 году по приказу Франциска I замок был защитным военным гарнизоном и в качестве места заточения преступников не использовался. Теперь же этот популярный среди туристов замок принимает множество гостей из всех стран мира, тут продают сувениры, демонстрируют камеры, где содержались заключённые, а также на территории замка имеется великолепное кафе с видом на Марсель.

Не менее ярким персонажем знаменитого произведения Александра Дюма «Граф Монте-Кристо» является аббат Фариа, которого знаменитый писатель «поселил» в соседнюю камеру Эдмона Дантеса в замке Иф. Именно этот настоящий учёный стал наставником Эдмона в замке Иф и помог ему придти к образу идеального существа.

Существовал ли аббат Фариа на самом деле? Или его образ такой же плод авторского вымысла, как и сам Граф Монте — Кристо? Да, аббат Фариа – это реальная историческая персона. На самом деле аббат Фариа владел техникой гипноза, которой обучился в Индии, где родился. Как в романе, аббат Фариа мечтал о независимости своего народа, умел красиво говорить и увлекать за собой людские массы. И в реальной жизни Фариа побывал в роли преступника за свои смелые идеи насчёт свободы своего народа. Как очень опасного преступника, скованного в цепях, его отправляли в Лиссабон, а через три года неведомый покровитель помог смелому учёному бежать во Францию. Его книга о гипнозе и гипнотические сеансы во Франции имели огромный успех, но за заговор против правительства аббата снова заточают в одиночную камеру в Бастилии. И снова дерзкий побег, который не удался книжному персонажу Дюма. И аббат Фариа участвует в штурме Бастилии. И всё-таки, как и книжный персонаж Дюма, реальный аббат Фариа умер в тюрьме в 1819 г. Но не в замке Иф.

Герои Александра Дюма будут жить в нашей памяти и наших сердцах, не важно, что их никогда не существовало. И вполне банальное защитное сооружение, сделанное небрежно и на скорую руку, замок Иф на крошечном островке, будет притягивать новые поколения туристов, которые, гуляя по Марселю, будут искать хижину невесты Эдмона, Мерседес, а на море будут представлять последний путь моряка Дантеса на лодке с конвоирами, когда ему открылось грозное и страшное зрелище – Замок Иф на горизонте, его многолетняя тюрьма, где он в свои последние годы сумел узнать тайну сокровищ на острове Монте-Кристо, выучить несколько языков, узнать правду о своих врагах и стать философом. И всё это благодаря Замку Иф и аббату Фариа.

И может быть поэтому для многих туристов замок Иф будет символом не жуткой тюрьмы, откуда раздавались стоны несчастных узников, отдавших замку всю свою жизнь, а символом убежища для одного из самых харизматичных и ярких выдуманных мужчин прошлого века. Замок Иф вдохновил Александра Дюма на образ идеального мстителя, ангела с чёрными крыльями, идеального орудия Провидения.

Путешествие Александра Дюма в Россию

материалы
по теме

экскурсии

Походы Александра Македонского

Дуэль

1 Париж

Александр Дюма-отец — один из самых известных и читаемых авторов в истории мировой литературы — путешествовал по России больше полугода. 22 июня 1858 года он прибыл в Петербург, а путешествовал по стране до середины февраля 1859 года.

О путешествии в Россию Дюма мечтал давно. В 1840 году он написал роман «Учитель фехтования», в котором рассказывалась история Полины Гебль — француженки, вышедшей замуж за русского декабриста И. А. Анненкова и последовавшей за мужем в Сибирь. Правдивое изображение русской действительности обеспечило этому произведению успех не только во Франции, но и в России. Однако в результате российский император Николай I запретил Дюма пересекать границу своего государства.

В 1858 году Александр Дюма познакомился с литератором и меценатом, графом Григорием Александровичем Кушелевым-Безбородко, когда тот путешествовал по Европе. Граф пригласил писателя приехать в Россию. На престоле в это время уже был Александр II, так что на этот раз у Дюма не возникло проблем, он получил разрешение на въезд в Россию.

15 июня 1858 года Дюма выехал из Парижа. На следующий день он был в Берлине, 19 июня — в Штеттине, а оттуда отправился в Кронштадт и Петербург.

2 Петербург

22 июня Дюма прибыл в Петербург. Он остановился в усадьбе Кушелева-Безбородко. Граф познакомил Дюма со многими представителями интеллигенции, в том числе с Д. В. Григоровичем, А. К. Толстым, Л. А. Меем. Григорович познакомил Дюма с Н. А. Некрасовым и супругами Панаевыми.

Но пребывание французского писателя в Петербурге — это не только визиты к друзьям и знакомым, посещение дворцов и музеев. Большую часть дня писатель проводил за письменным столом. Он обязан был вести размеренный трудовой образ жизни, чтобы сдержать слово, данное читателям «Монте-Кристо», — еженедельно оповещать их о всех увиденных достопримечательностях России.

Дюма очень впечатлила Нева: «Нева — великолепна. С Деревянного моста она видна во всей своей красе. Благодаря этой величественной реке в немногих столицах есть такие грандиозные пейзажи, как в Санкт-Петербурге». Но одно из самых сильных впечатлений было от белых ночей. «Ничто на свете, дорогие мои читатели, не поможет вам представить себе июньскую ночь в Санкт-Петербурге — ни перо, ни кисть. Это какое-то наваждение. Вообразите себе, что все вокруг вас жемчужное, переливается опаловыми отсветами, но не так, как бывает на рассвете или в сумерках: свет бледный, и все же в нем нет ничего болезненного, он озаряет предметы сразу со всех сторон. И ни один предмет не отбрасывает тени. Прозрачные сумерки, не ночь, а лишь отсутствие дня; сумерки, но все предметы вокруг легко различить, словно наступило затмение солнца, но в душе нет смятения и тревоги, как бывает во всей природе при затмении; лишь освежающее душу молчание, радующий сердце покой, тишина, к которой все время прислушиваешься: не раздастся ли ангельское пение или глас Божий!», — писал Дюма.

Читайте также  Почему Канада считается лучшим местом для жизни

В Петербурге Дюма провел полтора месяца. За это время он успел и осмотреть окрестности, побывать в Петергофе, Ораниенбауме, Ропше. Также он совершил путешествие по Неве и Ладожскому озеру, посетил Шлиссельбург, острова Коневец и Валаам.

3 Москва

Дюма поехал из Петербурга в Москву по железной дороге. В записках осталось время в пути — 26 часов. В десять утра 4 августа на Николаевском вокзале писателя встречал французский слуга Дмитрия Павловича Нарышкина. До Петровского парка, где располагались дачи знати, доехали быстро. На въезде в парк Дюма ждала его парижская знакомая, французская актриса Женни Фалькон, вышедшая замуж за Нарышкина. «Очаровательный особнячок, объединенный с основной виллой живой изгородью и садом, полным цветов», — так описывал Дюма дачу, где он прожил около месяца.

В первый же вечер Дюма отправился смотреть на Кремль. Писатель хотел его увидеть непременно в лунном свете. «Моя идея увидеть Кремль именно так была поистине вдохновением свыше. Места, которые посещаешь, разумеется, подвержены влиянию солнца, дня и часа, но более всего они зависят от настроения посетителя. Так вот, Кремль, который я увидел в тот вечер, — в нежном сиянии, окутанный призрачной дымкой, с башнями, возносящимися к звездам, словно стрелы минаретов, — показался мне дворцом фей, который нельзя описать пером. Я вернулся изумленным, восхищенным, покоренным, счастливым», — писал Дюма.

Дюма побывал в Царицыно, Коломенском, Измайлово, на Воробьевых горах, на поле Бородинского сражения, посетил Троицкую лавру. Он пробыл в Москве до 18 сентября.

4 Нижний Новгород

Из Москвы Дюма отправился в Калязин, чтобы там сесть на пароход и по Волге отправиться в Нижний Новгород. Он очень хотел посетить знаменитую Нижегородскую ярмарку. Ярмарка впечатлила Дюма с первого взгляда: «Перед нами открылось такое зрелище, что я ахнул от удивления. С высоты мы увидели слияние Волги и ее притока Оки, перед нашими глазами было все поле ярмарки, то есть почти два квадратных лье земли, покрытой ларьками; среди них сновала многонациональная толпа: русские, татары, персы, китайцы, калмыки и Бог знает, кто еще. С высоты террасы «Меркурия» видны были четыре ярмарочных городка. Первый — на острове между двумя рукавами Оки. Второй — между озером Багронтосово и первым каналом Мещерского озера. Третий — между двумя каналами, которые образуют это озеро. Наконец, четвертый городок простирался между вторым каналом и лесом. Этот городок целиком населен женщинами, то есть попросту это городок проституток; в нем от семи до восьми тысяч обитательниц».

В Нижнем Новгороде Дюма сообщили, что его ожидает местный губернатор с сюрпризом. Губернатором оказался Александр Николаевич Муравьев, высланный в 1826 году в Сибирь, позднее амнистированный. Дюма был приглашен к губернатору на вечерный чай, где его и ждал сюрприз — встреча с графом и графиней Анненковыми, героями его романа «Учитель фехтования». Дюма был очень впечатлен этой неожиданной встречей.

В Нижнем писатель провел три дня, а затем отплыл в Казань.

5 Казань

7 октября Дюма прибыл в Казань. «Казань — один из тех городов, что предстают перед вами в дымке истории. Ее татарские воспоминания еще столь свежи, что невозможно привыкнуть к тому, что она считается русским городом, и действительно, именно здесь до 1552 года, с точки зрения нравов и костюма, начиналась Азия», — писал Дюма.

В Казани Дюма провел несколько дней, осмотрел все достопримечательности, а также ездил охотиться на зайцев. В Казани он сел на пароход «Нахимов» и отплыл в Астрахань.

6 Астрахань

По пути до Астрахани пароход делал регулярные остановки для пополнения запасов топлива, в результате чего Дюма смог посетить Саратов, совершить путешествие от Николаевска к соляным озерам, оттуда — до Царицына, а там снова сесть на тот же пароход. Наконец, 25 октября, путешественник прибыл в Астрахань. Там он остановился в доме Сапожникова, где приезда писателя ждали уже около месяца.

В Астрахани Александру Дюма предложили присутствовать на торжественной закладке новой волжской плотины и сделать третий удар по ее первой свае. Право первого и второго удара было предоставлено гражданскому и военному губернаторам города. На самой высокой точке берега был воздвигнут алтарь. Пушечный выстрел дал сигнал к молебну. После богослужения, шедшего под гром пушечных выстрелов, артиллерия смолкла и начала играть музыка. «Адмирал Машин спустился с возвышения и сделал первый удар молотком по свае; господин Струве вышел после него и нанес второй; я вышел после губернатора и ударил в третий раз. Каждый удар был ознаменован пушечным выстрелом. В промежутках играла музыка. Затем присутствующим раздали хлеб, вино и соленую рыбу, и праздник запруды закончился большой братской трапезой сидящих рядом на траве русских мужиков, калмыков и татар. Русские и калмыки пили вино, а татары, будучи магометанами, утоляли жажду водой прямо из Волги, которая как питьевая не годится для нас, но вполне устраивает потомков Чингисхана и Тимура», — писал Дюма.

Из Астрахани Дюма ездил к калмыцкому княю Тюменю. «Я постарался заранее осведомиться о правилах здешнего этикета. Поскольку торжество устраивалось именно в мою честь, я должен был подойти прямо к князю, обнять его и потереться носом о его нос, что означало: «Я вам желаю всяческого благополучия!» Относительно княгини, мне объяснили, что если она протянет мне руку, то разрешается эту руку поцеловать, но предупредили, однако, что подобную честь она оказывает чрезвычайно редко. Так как у меня не было никакого права претендовать на такую милость, я заранее поставил на ней крест», — писал он. Однако, княгиня была благосклонна к гостю. После этого, князь, княгиня, Дюма и его спутники отправились в пагоду на молебен. Затем во дворце был подан торжественный завтрак: «Князь приказал зарезать для нас молодого верблюда и шестимесячного жеребенка. Мясо этих животных в представлении калмыков — самая нежная и самая почетная еда. Филе, вырезка, отбивные котлеты из этого молодого мяса составили основные блюда поданного нам завтрака, но, кроме них, были еще баранина, куры, дрофы и другая дичь, причем в совершенно дикарском изобилии».

Когда завтрак, сопровождавшийся возлиянием всех видов напитков, закончился, было объявлено, что все готово для скачек. За время трапезы успели соорудить помост для зрителей. Скачки проходили на расстоянии в десять верст, начиная от левой стороны полукруга и кончая правой его стороной. Боролись за приз сто лошадей, на которых сидели всадники или всадницы. Призами на скачках были назначены халат из коленкора и годовалый жеребенок. Победил мальчик тринадцати лет, который достиг цели, на пятьдесят шагов опередив следовавшего за ним соперника.

После традиционного калмыцкого чаепития, все отправились на соколиную охоту на лебедей. После охоты гостей ждал обед, еще более обильный, чем завтрак. Весь следующий день Дюма провел у князя, и только к вечеру вернулся в Астрахань.

7 Кизляр

3 ноября писатель покинул Астрахань и отправился на Кавказ. 7 ноября он прибыл в Кизляр. Это был первый город, встреченный после Астрахани. Дюма проехал 600 верст по степям, где не было никакого пристанища, кроме редких станций и казачьих постов.

8 Дербент

Из Кизляра Дюма направился в Дербент. «Это был Дербент — огромная пелазгическая стена, которая загораживала дорогу, простираясь от горной вершины до моря. Перед нами находились лишь массивные ворота, принадлежащие, судя по контурам, к могущественной восточной архитектуре, предназначенной презирать века. Возле этих ворот возвышался фонтан, построенный, по-видимому, еще пелазгами. Татарские женщины, в своих длинных и ярких чадрах приходили туда черпать воду. Мужчины, вооруженные с ног до головы, прислонившись к стене, стояли неподвижно и важно, как статуи. Они не говорили меж собой, не смотрели на проходивших мимо женщин: они парили в мечтах», — таким предстал перед Дюма вход в город.

9 Баку

Из Дербента Дюма отправился в Баку. «Въезжая в Баку, думаешь, что попадаешь в одну из самых неприступных средневековых крепостей. Тройные стены имеют столь узкий проход, что приходится отпрягать пристяжных лошадей тройки и пустить их гуськом. Проехав через северные ворота, вы очутились на площади, где архитектура домов тотчас же выдает присутствие европейцев. Христианская церковь возвышается на первом плане площади», — писал Дюма.

10 Тифлис

В Тифлисе Дюма провел шесть недель. Живя в Тифлисе, писатель решил совершить поездку по Военно-Грузинской дороге во Владикавказ. Ему хотелось проехать по местам, описанным Пушкиным и Лермонтовым. Однако на Кайшаурской долине при подъеме на Крестовый перевал путешественников застала снежная буря. Не было никакой возможности преодолеть девятиверстовый спуск до почтовой станции осетинского селения Коби. Дюма приказал сопровождающим поворачивать в Тифлис.

Новый, 1859 год и Рождество писатель встретил в Тифлисе. Запланированная поездка в Эривань была отменена также из-за погодных условий. Затем Дюма продолжил знакомство с Западной Грузией, выехав в Кутаис. 1 февраля 1859 года писатель покинул Россию на пароходе «Великий князь Константин», отчалившем от порта г. Поти.

Источники: А. Дюма. Путевые впечатления. В России, А. Дюма. Кавказ

Вояж «великого курчавого». Как Александр Дюма путешествовал по России

Мечты о путешествии по загадочной России давно волновали французского романиста. В 1840 году Александр Дюма написал «Записки учителя фехтования, или Полтора года в Санкт-Петербурге», который на долгие годы закрыл для него въезд в страну. Дело было в том, что в основу произведения он заложил историю декабриста Ивана Анненкова и его возлюбленной Полины Гебль, дочери наполеоновского офицера, которая, пожертвовав всем, последовала за осужденным в Сибирь.

Этот роман, не понравившийся Николаю I, был запрещен в России. Ветер перемен подул с восшествием на престол Александра II. Император дал добро на въезд в страну писателя, произведениями которого зачитывался весь мир, но при одном условии – гостя везде должен был сопровождать полицейский или казак, а также представитель местной власти.

На авантюрный шаг Александр Дюма решился в 1858 году. В Париже на одном из светских раутов он познакомился со страстным шахматистом и литератором, графом Григорием Кушелевым-Безбородко, который пригласил француза погостить в его особняке в Полюстрове. Дюма с радостью принял предложение.

Перед отъездом он пообещал читателям журнала «Монте-Кристо», что подробно опишет свои приключения, которые, непременно, ждут его в такой удивительной стране. И свое обещание он сдержал. Проведя год в России, посетив Петербург, Карелию, остров Валаам, Москву, Астрахань и Закавказье, он вернулся в Париж, где написал книгу «Путевые впечатления. В России».

«Аристократия стелется у ног»

Стоит отметить, что визит такой «звезды» поставил с ног на голову почти всех представителей петербургской аристократии. Они хотели угодить уважаемому гостю, стремились предугадать и исполнить все его желания. Такое отношение даже вызвало иронию у некоторых писателей и общественных деятелей. Так, к примеру, в сентябре 1858 года Александр Герцен написал: «Со стыдом, с сожалением читаем мы, как наша аристократия стелется у ног Дюма, как бегает смотреть «великого курчавого человека» сквозь решётки сада, просится погулять в парк к Кушелеву-Безбородко».

Но и самому туристу хотелось местной «экзотики» и общения с представителями интеллигенции. По его просьбе литератор Иван Панаев организовал на своей даче в Старом Петергофе встречу Дюма с представителями литературной среды. На ней присутствовали Дмитрий Григорович, Иван Панаев и Николай Некрасов.

Позже Дюма вспоминал: «Некрасов удовольствовался тем, что встал и подал мне руку, поручив Панаеву извиниться за своё незнание французского языка. Я внимательно вглядывался в него. Это человек 38 или 40 лет, с болезненным и грустным лицом, с характером мизантропическим и насмешливым».
Известно, что после скромного обеда гости разъехались. Из Петербурга писатель отправился в Москву, затем в Нижний Новгород и Астрахань, и по поводу каждого города он оставлял подробные записки, которые затем легли в основу его книги.

SPB.AIF.RU вспоминает некоторые его наблюдения о России и русских традициях.

Читайте также  Известные места отдыха, где нет автомобилей

О путешествии по России

«Я не знаю путешествия более лёгкого, покойного и приятного, чем путешествие по России. Услужливость всякого рода, приношения всякого вида всюду сопутствуют вам. Каждый человек с положением, офицер в чинах или известный коммерсант говорят по-французски и тотчас отдают в ваше распоряжение свой дом, свой стол, свой экипаж. Денежные детали для путешественников по России, в особенности для иностранных артистов, не существуют. С того момента, как вас узнали или снабдили вас хорошими рекомендациями, путешествие по России делается одним из самых дешёвых, какие я только знаю… Почти в каждом городе являлись местный князь и полицеймейстер с приглашениями на обеды и с подарками».

О Санкт-Петербурге

«Дорогой читатель, вы понимаете, что после трехсот пятидесяти лье по железной дороге, после четырехсот лье на пароходе мы стремились поскорее добраться до места назначения. Когда мы проходили по набережной, я с удовольствием взглянул на Летний сад и на его знаменитую решетку. Только ради этой решетки один англичанин совершил путешествие в Санкт-Петербург. Сойдя с парохода на Английской набережной, он нанял дрожки и сказал: «Летний сад!» Доехав до решетки, он приказал: «Стой!» Англичанин в течение десяти минут осматривал решетку, бормоча про себя: «Very good», «very good». Затем закричал извозчику: «Пароход!» Они помчались на Английскую набережную и успели к отплытию. «Good!» — сказал англичанин, дал извозчику гинею, поднялся на пароход и уехал. Он хотел увидеть решетку Летнего сада, и он увидел ее.»

«Я не видел ничего подобного ночам Петербурга. Да, стихи Пушкина прекрасны, но все же это – поэзия человека, а петербургские ночи – это поэзия божества».

О гостеприимстве и щедрости

«Я здесь путешествую как принц. Русское гостеприимство такое же потрясающее, как и уральские золотые прииски».

«Никогда не смотрите два раза на какую-то вещь, которая принадлежит русскому, поскольку, какова бы ни была ее цена, он вам ее подарит».

«В Казани мне демонстрировали выделку кожи и меха, а потом прислали в подарок образцы всего того, что я видел».

«Когда стала известна моя страсть к чаю, то после этого каждый мне послал в подарок своего лучшего чаю».

О русской кухне

«Россия гордится своей национальной кухней, — блюдами, которые могут приготовить лишь русские и никакой другой народ, полагая, что только в их огромной империи имеются продукты, которых нет в других странах. В числе этих блюд — уха из стерляди. Русские с ума сходят по этой ухе. Приступим к обсуждению этого важного вопроса, которое создаст мне немало противников среди подданных его величества Александра II. Откровенно выразим свое мнение об ухе из стерляди. убежден, что затрагиваю больное место, но ничего не поделаешь, истина прежде всего. Дело в том, что стерлядь водится лишь в некоторых реках — я уже упомянул Оку и Волгу; она может жить только в той воде, где родится, и для того, чтобы доставить ее живую в Петербург, ее везут в этой воде. Если ее привезут не живой, то стерлядь будет стоить столько же, сколько кобыла Роланда, имевшая один недостаток: она была мертвая, то есть не будет стоить ничего. Одно дело летом, но зимой! Зимой, когда мороз достигает 30-ти градусов, а рыбу надо везти семьсот или восемьсот верст и доставить живой, — очевидно, что это исключительно трудное дело. Культ стерляди в России – это не какое-то рациональное поклонение, это просто фетишизм. И все-таки я рискну выступить против массового восхищения стерлядью. Французские повара не любят эту рыбу, а соответственно, не прилагают никаких усилий, чтобы подобрать соусы к рыбе, которая им не нравится. Нет ничего проще: это не кулинарный аспект, а философский».

О братстве и взаимопомощи

«Похоже, я был единственным, кто восхищался отвагой русских пожарных. Триста-четыреста человек, которые стояли рядом со мной и тоже наблюдали за пожаром, внешне никак не проявляли ни малейшего интереса к этой огромной катастрофе или какую-то симпатию к храбрости пожарных. Во Франции в таких же обстоятельствах можно было бы услышать крики ужаса, поощрения, восхищения, аплодисменты, а здесь – ничего, молчание, причем это было не молчание концентрации на происходящем, а молчание безразличия. Шеф полиции сказал, что для русского народа понятие братства пока мало что означает. Его слова задели меня за живое. Сколько же революций нужно русскому народу, чтобы он понимал «братство» так же, как французы? Я был гораздо более подавлен этим безразличием, чем самим пожаром».

О верблюжьих скачках

«Нам показали скачки 60 верблюдов, на которых без седла сидели калмыки в возрасте от двадцати до двадцати пяти лет, один безобразнее другого. Если бы приз присуждался не за скачки, а за уродство, князю пришлось бы наградить всех».

Путешествуем вместе с Александром Дюма

От автора перевода.

Летом 1858 года началось новое французское вторжение в Россию.

Реализуя стратегический замысел, неприятель воспользовался современным транспортом. По железным дорогам Франции, Бельгии и Пруссии совершил бросок из Парижа в Штеттин. Под парами пересек Балтику, высадился 10 июня в Кронштадте и беспрепятственно вошел в Санкт-Петербург. Предпринял экспедицию на Ладогу, до самых карьеров, где брали мрамор для Исаакиевского собора. По железной дороге между двумя столицами достиг Москвы, повернул на Троице-Сергиеву Лавру, как гость камергера Дмитрия Нарышкина на неделю стал лагерем в его имении Елпатьево, между Переславлем-Залесским и Калязином. Дальнейших намерений не скрывал: Волга, от Калязина до Астрахани, с непременным десантом на Нижегородскую ярмарку, и Кавказ, где в горах блокирован Шамиль.

Противник оказался похитрей Наполеона. Явился по приглашению, под благовидным предлогом и без армии. Все его силы ― он сам да художник Муане[1]. Всюду, однако, восторг и капитуляция, если не брать в расчет сопротивления отдельных патриотов, таких как надежда русской поэзии Лев Мей, литератор Николай Павлов и эмигрант Александр Герцен. Нового претендента на мировое признание звали Александр Дюма-отец. Его привезла из Парижа молодая графская чета Кyшелевых-Безбородко. Привезла в довольно любопытной компании, вместе с модным в Америке и Европе экстрасенсом Хоумом и итальянским маэстро Миллелотти, которого величала знаменитейшим. Писателю отводилась смиренная роль шафера на свадьбе Хоума и свояченицы графа. Он же, путешествуя, писал историю человеческой цивилизации и не мыслил ее без истории России.

Официальный Санкт-Петербург не сомневался, что в результате появится что-нибудь вроде резкой книги маркиза де Кюстина (которого здесь так тепло принимали!) ― «Россия в 1839 году». Написал ведь Дюма уже по мотивам декабрьского восстания 1825 года роман «Учитель фехтования», запрещенный в России. В стремлении оградить себя от нежелательных последствий система напрягла высшие интеллектуальные силы. Оборону и контрудар возглавила госбезопасность. Князь Долгоруков, начальник Третьего отделения, 18 июля распорядился установить тайный полицейский надзор за иностранным писателем. Агентурные донесения показывали государю. По объявленному маршруту понеслись корреспонденты, заранее рассыпая проклятия отвратительным дорогам, трактирам и гостиницам. В воздухе витала идея противовеса Александру Дюма, и в октябре того же года в Санкт-Петербург прибыл другой, благонамеренный французский писатель, «не шарлатан и болтун, а истинный поэт и художник» Теофиль Готье.

Корабли и форты Кронштадта уступили столичной прессе честь открыть огонь по неприятелю. Она дружно отреагировала на сигнал, поданный шефом жандармов. В дыму этой нескончаемой артподготовки гордо воспарил миф о легкомысленном борзописце, неспособном понять Россию. Дюма и во Франции не обращал внимания на газетную трескотню. Издатель, главный редактор, единственный сотрудник и специальный корреспондент своего парижского журнала «Монте-Кристо», он отправлял в редакцию с дороги толстые пакеты, и свежие материалы вскоре попадали к читателям. Так сложились две книги: путевые очерки «Из Парижа в Астрахань. Свежие впечатления от путешествия в Россию» и «Кавказ». Русский перевод «Кавказа» увидел свет в Тифлисе в 1861-м и переиздан в Тбилиси в 1988 году. А все очерки «Санкт-Петербург», «Ладога», «Москва», «Волга» и «Степи», изданные в книжном варианте при жизни писателя в Брюсселе (1858―1862) и Париже (1859, 1862, 1865), появились на русском языке через 130 лет. Их печатали несколько журналов и газет.

До недавнего времени эти очерки были окутаны мифом, который сначала раздували, а потом приняли на веру. В частности, перу Александра Дюма приписывают «развесистую клюкву», под которой он якобы пил чай с тамбовским губернатором. Это выражение стало символом невежественных писаний чужеземцев о России. Но таких слов нет в очерках писателя, да и в Тамбов он не заезжал.

О путешествии Дюма по России мне приходилось слышать еще школьником от отца, книголюба до конца дней своих. Он пересказал тогда несколько забавных эпизодов. Через несколько лет я обнаружил их в книге «Кавказ», разысканной в Москве, в Государственной публичной исторической библиотеке. Затем в руки попала книга Андре Моруа «Три Дюма», которую жена, Галина Николаевна, привезла из Кишинева. К сожалению, пребыванию у нас знаменитого писателя отведено в этой книге всего 4,5 страницы. Появилось желание прочесть все, что он написал о России. И в голову не приходило, какая это непростая задача.

Энциклопедии дали сводную справку: помимо «Кавказа», написана серия путевых очерков «De Paris à Astrakan. Nouvelles impressions de vоуаge» ― «Из Парижа в Астрахань. Свежие впечатления от путешествия в Россию». Но в каталогах библиотек, в том числе ― Государственной библиотеки СССР имени В. И. Ленина карточка на очерки никак не находилась. Спасибо консультанту Исторички, помогла.

― Вы же видите, ― заметила она, работа занесена в каталог на языке ее автора. Значит, в русском переводе она не издавалась.

Отступать не хотелось, особенно после усиленной вузовской подготовки по французскому языку на случай помощи слаборазвитым странам. Поэтому близкое знакомство с очерками «Из Парижа в Астрахань» состоялось.

Экземплярами прижизненных сборников Александра Дюма располагает Российская государственная библиотека (бывш. имени В. И. Ленина), и они послужили материалом для перевода. Доступ к ним вне стен читального зала дали микрофильмы, которые предоставила Евгения Пяткова. Работу значительно облегчили и поступившие по каналу межбиблиотечного абонемента сами книги. Это стало возможным, благодаря активному содействию директора Центральной научно-технической библиотеки МПС ― ОАО «Российские железные дороги» Евгения Кушнаренко. При подготовке примечаний по тексту помогали подбирать справочные материалы энциклопедист Валентин Стариков (г. Александров Владимирской обл.), коллекционер-маринист Борис Лемачко (г. Конаково Тверской обл.) и капитан I ранга Вадим Кулинченко (г. Москва), моя дочь Ольга (г. Пушкино Московской обл.). Кстати, она же во время своей туристской поездки предприняла быстрый и удачный поиск дополнительной литературы и привезла из Парижа нужные книги. А привести перевод в соответствие с компьютерными технологиями издательского дела позволил ноутбук от руководителей департамента ОАО «РЖД» ― Сергея Новицкого и Богдана Фейло.

Друзья и незнакомые люди всегда спешили поддержать идею перевода книги знаменитого французского писателя о нашей стране. Глубокая им признательность и благодарность. Нас объединяют читательский интерес к творчеству Александра Дюма и любовь к России.

Занятия переводом были подчинены непреложному правилу: не «улучшать» классика, который в этом не нуждается. Наоборот, сохранить его стиль и поделиться с читателями, как открытием, особенностями французского мышления и языка. Надеюсь, что это получилось.

Впервые и практически полностью удалось опубликовать этот перевод в центральной периодической печати в самом начале 90-х годов минувшего столетия. Поскольку во время долгого путешествия знаменитый писатель широко пользовался услугами железных дорог, морских и речных судов, почтовых станций, то сначала его путевые очерки на русском языке были предложены редакциям транспортных изданий, которые открыли перечень следующих публикаций, начиная с первой страницы книги:

«Санкт-Петербург» со вступительным словом и прологом. Ежемесячный научно-технический и производственный журнал «Транспортное строительство», № 10 (1990) ― № 9-10 (1992)

«Ладога». Ежемесячный массовый производственно-экономический и научно-популярный иллюстрированный журнал «Речной транспорт», №№ 9 и 11 (1990), № 1 (1991)

«Москва». Ежемесячный научно-теоретический, технико-экономический журнал «Железнодорожный транспорт», №№ 11 и 12 (1990), № 1 (1991)

Муане Жан-Пьер (1819―1876) ― французский художник, ученик Л. Куанье и Ж. Ге; автор многих декораций для театра Опера-Комик и для Исторического театра, основанного Александром Дюма; спутник писателя в путешествии по России в 1858―1859 годах и автор красочных и полных жизни зарисовок, сделанных по ходу этого путешествия; с 1848 по 1874 год демонстрировал свои жанровые сюжеты и виды России и Азии в Салоне Парижа; репродукции его работ включены в книгу Александра Дюма «Путешествие в Россию», изданную в Париже в 1960 году; несколько работ хранятся в Москве, в Пушкинском музее.

Читайте также  12 райских местечек планеты, в которых можно начать жизнь заново

LiveInternetLiveInternet

  • Регистрация
  • Вход

Фотоальбом

Рубрики

  • публицистика (2415)
  • идеология (1397)
  • политические деятели (1814)
  • предательство и предатели (1622)
  • «заклятые друзья» (509)
  • лабиринты истории (490)
  • актеры и актрисы голливуда (391)
  • героизм (204)
  • культура (189)
  • революция в россии (124)
  • революционные деятели (33)
  • гражданская война (24)
  • анархизм (9)
  • загадки истории (87)
  • донбасс (78)
  • телевидение (30)
  • сказки (10)
  • в гостях у муслима магомаева (4)
  • великая отечественная (851)
  • герои (175)
  • партизаны и партизанская война (5)
  • великие композиторы (174)
  • великие певцы (78)
  • великие писатели и поэты россии (609)
  • великие художники (515)
  • города и страны (1384)
  • декабристы (46)
  • дети (343)
  • доброта (73)
  • драматурги (19)
  • древняя русь (158)
  • жзл (183)
  • живопись (1355)
  • портреты (236)
  • акварели (113)
  • картины и иллюстрации (95)
  • история картин (90)
  • живопись и поэзия (90)
  • иллюстрации (84)
  • история создания картин (170)
  • картины великих художников (399)
  • животные (566)
  • забытые имена (559)
  • зарубежные актеры кино (191)
  • зарубежные актрисы кино (281)
  • зарубежные писатели и поэты (302)
  • звезды из прошлого (1592)
  • звезды сцены (985)
  • знаменитости (2548)
  • известные личности (2238)
  • интервью (267)
  • интересно (353)
  • интересные истории (1608)
  • интересные факты (10373)
  • искусство (263)
  • истории (1696)
  • истории любви (1009)
  • истории создания фильма (43)
  • история монархов (633)
  • история песни (46)
  • история Европы (503)
  • история Крыма (78)
  • история России (2823)
  • либералы и оппозия (555)
  • «творческая интеллигенция» (288)
  • экономика (179)
  • история СССР (1464)
  • катастрофы (130)
  • киноактеры и киноактрисы (584)
  • кинозал (156)
  • композиторы (191)
  • котики и кошечки с котятами (961)
  • котоматрицы (337)
  • кошки в живописи (65)
  • кошки и фото (72)
  • кошки и юмор (291)
  • кумиры (859)
  • звезды голливуда (182)
  • любовь (204)
  • ЛЮДИ И СУДЬБЫ (5777)
  • мир балета (177)
  • история создания балета (6)
  • мир кино (3380)
  • интервью с актерами (65)
  • прототипы героев фильмов (62)
  • история создания фильма (566)
  • музыка из кинофильмов (134)
  • мультфильмы (101)
  • размышления о фильме (261)
  • рецензия на фильм (27)
  • экранизации (82)
  • мир театра (522)
  • мир цирка (33)
  • мифология (126)
  • мои рамочки (19)
  • мудрость (274)
  • музыка (1578)
  • авторы (371)
  • исполнители (340)
  • барды (50)
  • история создания опер (23)
  • джазовая музыка (49)
  • дирижеры (7)
  • история песни (281)
  • история создания (128)
  • классическая музыка (200)
  • поп-музыка (103)
  • ретро-музыка (578)
  • романсы (412)
  • танцевальная музыка (177)
  • образование (120)
  • отечественные актеры кино (867)
  • отечественные актрисы кино (612)
  • певицы (224)
  • певцы (274)
  • певцы и певицы бельканто (36)
  • политика (2540)
  • поэзия (382)
  • праздники (180)
  • притчи. (9)
  • психология (1788)
  • Пушкиниана (250)
  • режиссеры (306)
  • религия (150)
  • русские писатели (141)
  • русские поэты (155)
  • русский язык (98)
  • грамматика (30)
  • садальский (146)
  • сатира (112)
  • сатирики (109)
  • собаки (131)
  • советские писатели (150)
  • советские поэты (144)
  • спорт (56)
  • СССР (65)
  • схемки (83)
  • танцовщицы (91)
  • танцоры (52)
  • танцы. танцевальные номера (54)
  • театр. театральные актеры и актрисы (461)
  • Украина (415)
  • фигурное катание (1)
  • фото (478)
  • художественная литература (449)
  • прототипы героев книг (42)
  • русские писатели (29)
  • русские поэты (38)
  • художники (562)
  • цветы (30)
  • цитаты (392)
  • афоризмы (83)
  • крылатые фразы (102)
  • чтобы помнили (1430)
  • актеры (99)
  • актрисы (69)
  • театральные актеры (47)
  • юбилеи и дни рождения (549)
  • юмор (645)
  • юмор в живописи (9)
  • юмористы (51)

Цитатник

«В глубине души такая печаль . » Письма Н.Н. Пушкиной-Ланской П.П. Ланскому Портрет Н.

Коты и собаки в работах фотомастеров от классиков до современников https://i.yapx.ru/N2Y.

Информация к размышлению. Наш Президент держит на плечах землю. Назло злобным тварям. .

Струясь вдоль каменной стены, Вода несется с вышины. John Brandon Smith, известный как «Водопад» См.

Друзья мои, меня не покидайте, Все реже ваш благословенный круг. Исполняет Ирина Муравьев.

Видео

Метки

Поиск по дневнику

Подписка по e-mail

Интересы

Друзья

Постоянные читатели

Сообщества

Статистика

КАК АЛЕКСАНДР ДЮМА В РОССИЮ ПРИЕЗЖАЛ

В 1858 году в литературных кругах России возник переполох: «К нам едет Дюма».

Царская охранка, III отделение императорской канцелярии открыли специальное дело: «Об учреждении надзора за французским подданным, писателем Александром Дюма».

Автор «Трех мушкетеров» исколесил всю Россию и видел, по его собственным словам, «много удивительного». Так. например, в войлочной юрте калмыцкого князя Тюменя он с удивлением обнаружил рояль, привезенный из Парижа, на котором музицировала дочь вождя кочевников. А на Кавказе знаменитый писатель упорно искал скалу, к которой был прикован Прометей. Здесь для него в лучших российских традициях, идущих от известных «потемкинских деревень», даже инсценировали схватки с горцами, что заставляло трепетать чуткое писательское сердце и пробуждало воображение.

Девять месяцев длилось путешествие Александра Дюма по «загадочной Московии», результатом чего стали два произведения — пятитомное «От Парижа до Астрахани» и трехтомное «Впечатления от поездки на Кавказ».

Многое поражало в Российской империи любопытного француза. Он упоминал о табели о рангах, о всяческих советниках — титулярных, надворных, статских, тайных, что дало ему основание ехидно заметить: «В России больше советников, чем где бы то ни было, но здесь меньше всего просят совета».

Рассказывая, как его угощали икрой, взятой у еще живого осетра. Дюма пришел к выводу: «Русские больше всего на свете любят икру и цыганок».

Писатель пугал доверчивых парижан рассказами, что в Волге водятся громадные сомы-людоеды, описывал астраханских овец, у которых такие жирные курдюки, что каждая овца возит свой хвост на тачке. А медведей русские мужики ловят очень просто: ставят горшок с узким горлом, наполненный медом, глупый медведь засовывает туда голову, а вытащить уже не может, вот тогда «рюски мюжик» и берет сиволапого голыми руками.

Гусары, которые пили и гуляли с французом, передали ему много «ценной информации». Так, жизнелюбивый Дюма узнал, что в России «падших женщин» называют Машками».

Не менее любопытны и его наблюдения относительно могучего русского языка: «Он (язык) не очень богат на обращения: если не «братец», то «дурак», если не «голубчик» (маленький голубь), то «сукин сын» (пусть переводят другие)!»

Естественно, что, описывая Волгу, Александр Дюма никак не мог обойтись без романтического образа Стеньки Разина: «Бандит Стенко Разин, родись он принцем, стал бы, вероятно, великим человеком и знаменитым полководцем; но поскольку он был простой казак, его четвертовали. Он отличался мужеством заговорщика, смелостью разбойника, прозорливостью генерала и вдобавок красотой».

А как же с «и за борт ее бросает»? Без княжны и набежавшей волны никак нельзя. «На вопрос Разина: что подарить тебе, Волга? — эхо каждый раз ответствовало: «Ольгу!» Ольгой звали его возлюбленную, и он бросил ее в реку с вершины утеса под Царицыным, который с тех пор называется Девичьим», — пишет Дюма.

Как известно, Александр Дюма был большим гурманом, любил обильно покушать и даже написал кулинарную книгу. Поэтому его заинтересовала и русская кухня. Но «кислые чи», т. е. русские щи, ему совершенно не понравились, он их ругает, а это слово, по его мнению, явно китайского происхождения. Развенчивает писатель-гастроном и знаменитую волжскую «стерлет». Все беды в России, пришел к глубокомысленному выводу быстрый пером писатель, от того, что в империи нет талантливых поваров.

Для чего русским нужна нагайка? Вот что по этому поводу пишет крестный отец д’Артаньяна: «Непременным спутником путешествующих в России является нагайка, без нее лошадей не получишь».

Не обошел вниманием Александр Дюма и своих собратьев по перу. Пушкину посвятил целую главу. «Русские боготворят Пушкина и Лермонтова, второго в особенности женщины, которые знают все его стихи наизусть».

Дюма рассказывает о том, как Пушкин решил принять участие в восстании декабристов 14 декабря 1825 года на Сенатской площади. Поэт уже выехал в Петербург, но заяц дважды перебежал ему дорогу, и он вернулся домой, потому что это очень плохая примета. «Иначе Пушкин был бы либо повешен, как Рылеев, либо сослан в Сибирь, как Трубецкой и другие», — авторитетно разъясняет французский писатель.

Как Дюма-отец по России путешествовал

Среди зарубежных писателей в России давно и прочно ведущее место по популярности занимает Александр Дюма-отец. Вряд ли кто-то из наших соотечественников не прочитал ни одного романа известного автора. Даже молодые люди, которые не выпускают из рук гаджеты, наверняка что-то слышали или видели о трех мушкетерах.

Хочу в Россию

Известный романист действительно очень хотел побывать в России, правда, какое-то время он был «невъездным». Это случилось, когда 38-летний Дюма в 1840 году написал роман «Учитель фехтования». Сюжет для России того времени был довольно актуален и рассказывал о француженке Полине Гёбль, вышедшей замуж за декабриста Ивана Анненкова (кстати, ровесника Дюма) и отправившейся за мужем в Сибирь. Книга была написана живо и, что очень важно, правдиво. Это обеспечило успех и во Франции, и в России, но император Николай I усмотрел в романе крамолу и запретил автору появляться в России.

Время шло, императоры в России менялись, и менялось отношение к зарубежным литераторам. В 1858 году у романиста состоялась встреча с русским литератором графом Григорием Александровичем Кушелевым-Безбородко. Граф пригласил Дюма посетить Россию, он с благодарностью воспользовался этим. Уже 15 июня 1858 года он на поезде выехал из Парижа и на следующий день был в Берлине. Дальше он переехал в Штеттин и на корабле прибыл в Кронштадт и Петербург.

Ах, Петербург!

Петербург всегда любил знаменитостей, а прибытие Дюма вызвало вообще большой ажиотаж. Почти вся петербургская аристократия хотела угодить гостю, все стремились предугадать и исполнить все его желания. Александр Герцен писал тогда, что стыдно смотреть, как аристократия стелется у ног Дюма. В общей сложности французский классик провел в городе на Неве полтора месяца, узнал для себя много нового, познакомился с интересными людьми, осмотрел столицу Российской империи. Он даже побывал в Петропавловской крепости.

Интересно, что за все время пребывания иностранного гостя в городе за ним велось постоянное наблюдение, а собранная информация поступала прямо на стол Александру II. Среди жандармских наблюдений было и такое, что писатель сам себе готовит кушанья. В городе говорили и том, что он мастер в этом деле. Подмечено было точно: под конец своей творческой карьеры Дюма порадовал своих читателей созданием «Кулинарного словаря».

После Петербурга Дюма побывал в Москве, в Нижнем Новгороде, а потом его маршрут пролег по Волге до Астрахани. Естественно, все путешествие сопровождалось подробными записями, которые в дальнейшем легли в основу книги Дюма о России.

На Кавказ

Всего в России Дюма провел почти девять месяцев и в июле 1858 года отметил здесь свой 56-й день рождения. После Астрахани он через Калмыкию и Кизляр попадает в Дагестан, а дальше – в Баку и Грузию. Надо сразу отметить, что подобная поездка была сопряжена с риском для жизни. На Кавказе продолжалась война, а в Чечне француза и его спутников даже обстреляли. Тем не менее он позднее заявлял, что в его жизни не было столь приятного и легкого путешествия.

Результатом кавказских наблюдений Дюма стала замечательная книга «Путешествие на Кавказ». К сожалению, сегодня она незаслуженно забыта. В ней интересно показана жизнь горцев, их быт и нравы. Пытаясь вникнуть в непростую жизнь кавказских народов, Дюма создает не просто рассказ писателя, а документ о времени 50-х годов XIX столетия на Кавказе. Дюма не был бы всем известным автором захватывающих романов, если бы и на страницах этой книги не показал романтические страницы войны, напряженную обстановку, неожиданные приключения.

Трудно отнять у писателя некоторую рисовку и самолюбование, но то, что он был смелым человеком, у него отнять невозможно. По возвращении домой из России он вновь отправляется в дорогу. На этот раз он едет в Италию, где его друг Джузеппе Гарибальди ведет борьбу против австрийского правительства за независимость Италии. Мало того, что Дюма поддерживает революционера материально, он еще и участвует в походе «гарибальдийской тысячи» на Сицилию в 1859 году. А русские впечатления навсегда остались в сердце неутомимого французского литератора.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: