Сталинский уголок для евреев - KRINTEL.RU

Сталинский уголок для евреев

Сталинский уголок для евреев

В 1930-х годах власти СССР отправили тысячи евреев в созданную для них республику на границе с Китаем. Марек Альтер отправился туда, чтобы увидеть все собственными глазами.
Зяме Михайловичу Геффену 92 года. Тяжело опираясь на трость, он показывает нам задний двор и загон для коз. «Они понимают идиш!», — смеется он. Его голубые глаза оживляются, когда он вспоминает о переезде в этот край. Это было так давно, в 1930-х годах. Ему было 11 лет. «Здесь не было вообще ничего, только тайга, — рассказывает он. — Мы сами все сделали. Расчистили землю, построили город, вокзал, школы. Мы даже открыли газету…»

Кто знает хоть что-то о Биробиджане, Еврейской автономной области на берегу реки Амур, у самой границы с Китаем? Вокруг меня таких нет. Я сам, хотя и слышал о ней, думал, что она уже давным-давно исчезла. Однако оказалось, что в начале XXI века Биробиджан до сих пор никуда не делся, а мой родной идиш является здесь официальным языком!

Я поехал туда на поезде за 9000 километров от Москвы, как и евреи в 1930-х годах. Однако в отличие от всех тех, кто проделал этот путь в едва обустроенных грузовых вагонах, которые обогревались огромными печами (топить их нужно было сложенными на вокзалах дровами), я сел в транссибирский экспресс. «Куда вы едете? — с любопытством спросил у меня контроллер, увидев, что за мной идут фотограф и целая съемочная группа. «В Биробиджан», — ответил я. «А, к евреям!», — воскликнул он. И не без гордости добавил: «У нас у евреев есть собственная республика».

Вокзал Биробиджана — это здание из красного кирпича, на фронтоне которого красуется видная надпись на русском и идише: Биробиджан. Я рассчитывал увидеть евреев в зале ожидания. Я замечаю троих с ермолками на голове. И подхожу к ним. Я представляюсь и спрашиваю, что они обсуждают. Они спорят по поводу нового раввина, который, как им кажется, слишком молод. Мое лицо расплывается в улыбке от ностальгии: эти биробиджанские евреи так похожи на актеров театра из моего детства. При этом мы сейчас находимся не в театре, а в 400 километрах от Харбина, центра китайской провинции Хэйлунцзян в Маньчжурии, где много столетий назад также процветала еврейская община.

Сколько из них остались в Биробиджане? Никто точно не знает. Официально их 8000 из 77 000 горожан. Тем не менее, у каждого второго из местных жителей есть еврейская прабабушка или другие родственники, даже у многочисленных корейцев и китайцев. К началу большевистской революции в царской России было почти пять миллионов евреев. Они были вынуждены жить в черте оседлости, их не пускали в государственные структуры и не давали учиться в школах. Но все же они пытались устроить свою жизнь. Создавали собственные школы и профсоюзы, но все равно оставались беднейшими из бедных. В тот день, когда красные комиссары назвали их «товарищами» на идише, они почувствовали, что их, наконец, признали, и массово влились в революционные ряды. В 1920-1930-х годах они оказались во всех инстанциях новой России, политике, газетах, литературе и кино, театре и изобразительном искусстве. Самых знаменитых из них звали Сергей Эйзенштейн, Исаак Бабель, Борис Пастернак, Марк Шагал, Василий Гроссман, Давид Ойстрах, Эмиль Гилельс…

Сталину начало казаться, что его еврейские друзья слишком заметны. И чересчур активны. Тогда у председателя Президиума Верховного совета Михаила Калинина появилась идея. Почему бы не выделить евреям республику или автономную область, как всем остальным народам Советского Союза? Это означало бы утверждение их прав и позволило бы властям убрать их со многих ответственных постов без риска обвинений в антисемитизме. Евреи с радостью восприняли этот проект. Они рассчитывали на Кавказ, но получили всего лишь кусочек дальнего Востока края. Столицей новой области стал Биробиджан.

Власть отправила туда тысячи еврейских семей: Сталин нацелился на 100 000 человек. Многие поехали добровольно. Ведь им дали еврейское и, что немаловажно, социалистическое государство! До создания государства Израиль в тот момент оставалось еще 15 лет. Война и преследования в Европе, а также оккупированной нацистами европейской части СССР вынудили тысячи евреев двинуться в сторону Биробиджана, «сибирского Израиля», как некоторые тогда называли его. Культурная жизнь начала развиваться. Как и сельское хозяйство. Колхоз «Валдгейм» (в переводе означает «дом в лесу») стал одним из лучших во всем Советском Союзе.

Один из очевидцев тех событий сейчас живет в Париже: это психоаналитик Шарль Мельман (Charles Melman). Партия поручила его отцу Мойше, который был плотником и убежденным коммунистом, организовать и направить евреев в эту новую «землю обетованную». Шарль Мельман вспоминает об избах, которые строили бригады под руководством его отца. В каждом из этих домов площадью 40 квадратных метров проживали по две семьи. В центре стояла печь, которая к тому же служила разделительной чертой.

Довольно скоро сталинские чистки затормозили этот порыв. 17 лет спустя в 1953 году смерть кремлевского лидера распахнула двери Биробиджана. Советские евреи стали массово перебираться в Израиль. Медленная агония этой автономной области вкупе с исчезновением еврейских общин в Центральной Европе означала неизбежный конец идиша и сформировавшейся вокруг него культуры. Мне казалось, что на моих глазах происходит разрушение мира, к которому я и сам принадлежу в силу памяти и традиций.

Этот мир все еще звучит как далекое эхо раненой цивилизации

Но сейчас я в Биробиждане. На привокзальной площади в глаза стразу бросается памятник: на вершине чего-то вроде башни стоит менора, семиствольный подсвечник – символом иудейской религии. В нескольких метрах находится импозантная бронзовая статуя Тевье-молочника, еврейского героя, которого придумал Шолом-Алейхем. Здесь он изображен с бидоном молока на телеге, которую тянет тощая кляча. Рядом с бидоном сидит его жена Голда. Те, кто видел комедийный мюзикл «Скрипач на крыше», помнят их. В Биробиджане этот персонаж известен повсеместно. Памятник Шолом Алейхему

В городе есть две синагоги. Первая — это большое строение, которое соседствует с другим зданием, где располагаются культурный центр и благотворительная ассоциация. В библиотеке я с волнением обнаруживаю сборники стихов моей матери. На первом этаже три раза в неделю собирается группа из дюжины женщин, чтобы спеть традиционные песни на идише, мелодии моего детства.

Вторая синагога — это изба 1940-х годов. Была здесь и третья, еще более старая, но она сгорела. «Это было во времена Хрущева, — рассказывает раввин Андрей Лукацкий. — Возможно, это был намеренный поджог». Раввин вспоминает, что его отец смог тогда спасти от огня свитки Торы. Сейчас он реставрирует эти свитки с помощью расположенной неподалеку еврейской общины Японии. «Хотите на них взглянуть?»

Мы находимся в его синагоге, его избе, которую украшает вырезанная по дереву огромная звезда Давида. Внутри на одной скамье сидит сторож, а на другой — жена раввина и три пожилые женщины, которые приходят сюда зимой, чтобы погреться. Раввин берет в руки связку ключей, но отпирает не шкаф, в котором по традиции должны храниться свитки Торы, а настоящий сейф. Я взволнованно помогаю ему снять красиво украшенную бархатную ткань, в которую завернуты свитки.

Андрей Лугацкий рассказывает мне, что у него есть два взрослых сына в Израиле. Но есть у него и третий — сейчас ему 6 лет. Они с женой зачали его, чтобы тот стал продолжателем традиции. «Смена готова», — говорит он.

Бывшая актриса Полина Моисеевна Клейнерман поет для меня «Мою еврейскую маму». У нее больше нет голоса, но остались мимика и жесты. Я слушаю ее со слезами на глазах. Газета, о которой мне рассказывал Зяма Михайлович Геффен, тоже до сих пор существует. Изначально «Биробиджанская звезда» полностью выходила на идише. Сегодня это еженедельное издание на русском языке со всего четырьмя полосами на идише. Главный редактор газеты — не еврейка. Елене Ивановне Сарашевской всего около 30 лет. Она вышла за муж за еврея, а идиш выучила в университете. Газета выходит тиражом в 5000 экземпляров и продается в местных киосках. Я покупаю две штуки на память. Рядом со мной довольно молодой светловолосый мужчина берет два русскоязычных журнала, а затем и «Биробиджанскую звезду». Я спрашиваю, еврей ли он. «Нет. Но я покупаю ее каждую неделю. Мне интересно, что происходит у евреев. Здесь всегда можно узнать что-то новое…»

Нужно ли объяснять успех передачи «Идишкайт» на местном телевидении, которая дает зрителям возможность познакомиться с еврейскими традициями и культурой? «Раньше мы делали передачу на идише, — говорит мне ведущая Татьяна Кандинская. — Сегодня уже мало кто смог бы ее понять. Тем не менее, когда мы перешли на русский, программа стала одной из самых популярных на нашем канале».

В театр мы отправляемся на машине. В Биробиджане все ездят на корейских авто с правым рулем. Здесь до Кореи рукой подать, тогда как расположенная в 10 000 километров Европа теряется в тумане. Мы подъезжаем к Еврейскому государственному театру, на церемонии открытия которого в 1936 году присутствовал второй человек сталинского режима Лазарь Каганович. Когда я захожу в зал, труппа репетирует музыкальную комедию «Искатели счастья», которая поставлена по мотивам пропагандистского фильма 1936 года. Это история американских евреев, которые отправляются в Биробиджан, на свою социалистическую родину. У меня возникает странное чувство при виде того, как молодые актеры танцуют и поют под знаменитую музыку Исаака Дунаевского. Тем не менее, на дворе ведь XXI век, а государству Израиль скоро исполнится 65 лет.

Но здесь в отличие от Израиля учат идиш. Я посещаю занятие в школе, на котором молодая учительница объясняет детям алфавит. Большинство учеников не евреи. Среди них есть двое русских, казах, китаец и кореец. Им просто интересно учить идиш.

Я потрясен возникшим ощущением дома, да, настоящего дома за 11 000 километров от Парижа. На выходе мне встречается китаянка, мать одного из учеников. «Почему вы хотите, чтобы ваш сын учил идиш?» — спрашиваю я у нее. «Это может пригодиться…» — отвечает она. Я не могу сдержать смеха: китайцев 1,4 миллиарда, а евреев от силы 14 миллионов, причем едва ли горстка из них до сих пор говорит на идише!

Я всегда думал, что Гитлеру не удалось выполнить две поставленные перед собой задачи: стереть евреев с лица земли и лишить их статуса человека. Тем не менее, мне казалось, что одного ему достигнуть все же удалось: речь идет о разрушении еврейской цивилизации, цивилизации идиша. Когда я родился в Варшаве, среди миллиона городских жителей насчитывалось 380 000 евреев со своими ресторанами и газетами, театрами и кинозалами, богатыми и бедными, ворами и попрошайками, синагогами и политическими партиями. И собственным языком, то есть идишем. Мне казалось, что нацизм без следа уничтожил весь этот мир. Однако здесь в Биробиджане, у самой китайской границы этот мир все еще звучит как далекое эхо раненой цивилизации.

Да, похоронить память гораздо труднее, чем тело. Особенно память о языке.

Читайте также  Черный туризм: путешествия вне морали и принципов

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Минское гетто — конвейер смерти для евреев

Кровавые годы Второй мировой унесли миллионы невинных жизней. Страшные факты геноцида еврейского народа стали известны мировой общественности уже в послевоенные годы. Злодеяния фашистов в отношении беззащитных женщин, детей, больных и израненных людей этой несчастной нации были настолько масштабными и беспощадными, что ужаснули все человечество. В советской исторической литературе евреи позиционируются как безынициативная жертва немецкого террора, и лишь факты, обнародованные в 90-е годы, говорят о том, что даже в Минском лагере шла активная подпольная борьба с ненавистными оккупантами.

Многие из выживших узников Минского гетто недоумевали, почему партийное руководство города не удосужилось предупредить население о том, чем грозит фашистский плен евреям. Вторжение действительно было неожиданным для союзной Белоруссии, однако большинство политработников хорошо знали об отношении Гитлера к евреям. На произвол судьбы было брошено более 75 тысяч человек этой национальности, проживавших в Минске. Сегодня можно убедиться по сохранившимся свидетельствам современников тех ужасов, а также по обрывкам документов, что администрация города позаботилась об эвакуации не только своих близких, но даже о вывозе имущества. В то же время беременные женщины, грудные младенцы, старики, больные были оставлены ими на растерзание оккупантам. Некоторые, предчувствуя опасность, все же попытались бежать из города, однако почти все вернулись, так как не представляли, какая страшная участь их ожидает. Многие еще надеялись на милость захватчиков, некоторые ожидали скорого освобождения советскими войсками. Отдельные люди пытались прятаться среди русских и белорусов, однако, опасаясь за судьбу своих укрывателей, им пришлось вернуться в город.

Минское гетто было образовано в июле 1941 года и имело сложную структуру. По сути, на территории города находилось три лагеря: Большое, Малое и Зондергетто. Уже через три недели после того как Минск был взят, был издан приказ об образовании еврейской зоны. Границы лагеря проходили от Колхозного переулка по линии одноименной улицы и вдоль Немигской, затем следовали Республиканская, Шорная и Коллекторская. Далее граница тянулась по Мебельному переулку и улицам Перекопской и Нижней. В территорию лагеря включалось Еврейское кладбище, а далее колючая проволока огораживала улицы Обувную и Вторую Опанскую, а также переулок Заславский.

В Большом гетто содержалась основная масса узников, они более других страдали от массовых казней и погромов. Организован лагерь был с самого начала оккупации и просуществовал вплоть до 1943 года. К Малому историки относят район Молотовского радиозавода, а Зондергетто представлял собой отрезки улиц Обувная и Сухая. Все помещенные в лагерь узники были обязаны собрать и передать командованию все золото и деньги, кроме того, были взяты заложники, многих из которых убили. На каждого взрослого человека предоставлялась площадь не более 1, 2 метров, а в период сокращения лагеря действовали и еще меньшие нормы.

Официально приводимые данные о количестве массовых расстрелов и погромов следующие:
1. дневных погромов не менее 5-ти: в ноябре 1941, марте 1942, июле 1942, октябре 1943 гг.;
2. ночных погромов не менее 5-ти: в марте и апреле 1943 года.
В реальности погромов было, конечно, больше, а убийства не прекращались ни на один день. По сути, по той или иной причине погибало несколько узников, так как гауляйтер наделил охранников правом расстрела любого подозрительного еврея. Несчастные могли быть убиты даже при попытке подойти к колючей проволоке, окружавшей лагерь, поэтому цифры статистики весьма недостоверны и занижены.

Основная задача немцев сводилась к уничтожению несчастных узников, однако сделать это единовременно было практически невозможно. Массовое истребление могло вызвать серьезный протест и вылиться в отчаянное восстание, поэтому был разработан план методичного убийства людей. Уничтожение велось по заранее установленному плану. Сначала в лагере были созданы очень тяжелые условия и вырезаны самые сильные и инициативные. Практически сразу по вступлении в город фашисты разделили «жидов» и нееврейское население, затем из среды евреев выделили самых образованных и также немедленно их ликвидировали.

Узникам не поясняли, зачем проводится такой отбор, поэтому многие из них добровольно рассказывали и о своей квалификации, и о прошлой жизни и работе. Единственным звеном интеллигенции, которое до определенного времени фашисты не трогали, были врачи. В условиях чрезвычайной антисанитарии гитлеровцы сильно опасались эпидемий, которые не щадили ни пленных, ни самих оккупантов, поэтому даже в некотором роде поощряли медицинскую деятельность в гетто. Так как деньги и драгоценные металлы были изъяты сразу, роль денег стали выполнять отрезы ткани, которые сохранились в некоторых семьях. Их обменивали на продукты питания и предметы первой необходимости у населения за пределами лагеря. Такой обмен, порой, был смертельно опасен, так как узникам запрещалось даже подходить к ограждению.

Кроме периодических массовых убийств, фашисты практиковали активную провокационную деятельность. На территории лагеря действовали подпольные группы сопротивления и за оказываемую им помощь или даже малейшее подозрение следовала кровавая расправа. Также был введен комендантский час, все евреи были обязаны получить специальные паспорта, а также разместить на хорошо просматриваемых местах списки проживающих в комнатах и квартирах. Работа не предоставлялась, а выходить из лагеря разрешалось лишь в строго установленных случаях. По большей части евреи имели нестабильные заработки и жестоко голодали.

Кроме физических издевательств и открытого уничтожения, немцы усиленно использовали средства психологического давления. Так, среди нееврейского населения проводилась антисемитская агитация, а сами узники всячески унижались. Евреи выставлялись виновниками сталинских репрессий, невзирая на то что многие из представителей этой нации были репрессированы. Гауляйтером были установлены специальные знаки позора для несчастных в виде лат из желтой ткани. Вообще, для выделения евреев было характерно размещать на их одежде отметки из желтого материала в форме шестиконечной звезды, однако начальникам лагерей в этом вопросе предоставлялась свобода выбора, и каждый мог издеваться так, как хотел. Ценными в плане описания жизни в Минском гетто являются работы Абрама Рубенчика. Автор интересных и правдивых рассказов о лагере сам побывал в его условиях в юном возрасте. Враги не сломили его духа, и все время пребывания в этом наземном аду он думал лишь о том, как отомстить ненавистным фашистам.

О жестоких расправах немцев над евреями до сих пор ходят легенды, тем не менее даже самые страшные из них не могут отразить того кошмара, который происходил в реальности в Минске и его окрестностях. За колючей проволокой в неимоверной тесноте томилось более ста тысяч напуганных и обреченных людей. Мучители выводили толпы с детьми на улицу, выстраивали их рядами, вручали им советские плакаты и транспаранты и глумились над узниками. Их заставляли улыбаться и сажать детей себе на плечи, после чего сволакивали в закрытые и душные ангары и оставляли без воды и еды на несколько дней. Люди не падали, поскольку их тела плотно подпирались в невообразимой тесноте. Многие так и умирали стоя, дети погибали на глазах обезумевших матерей. Оставшихся в живых после этого ужаса приводили к оврагам и расстреливали по-очереди. Могилы не засыпали, и из них еще долго можно было услышать стоны смертельно раненых узников, погребенных под трупами. Через некоторое время тела все же покрывали песком, землей и снегом, однако, по словам современников, поверхность могил в отдельных местах была не спокойна.

За весь период существования гетто в Минске немцы планомерно его сокращали. Жителей из «обрезанных» районов вывозили в специально организованные подразделения по уничтожению людей. Немецкое руководство не стеснялось даже самых бесчеловечных средств умерщвления, и в целях экономии старалось не расходовать патроны. На несчастных испытывали химические вещества, новые медицинские препараты и прочие методы. Евреи стали тем «расходным материалом», который безжалостно использовал вермахт. Цифры, которые приводятся даже в официальной статистике, поражают воображение современного человека. За один день могло быть убито несколько тысяч человек. Так, 28 июля 1942 года было убито около 25 тысяч человек, а в октябре 1943 — 22 тысячи.

Однако сопротивление сломлено не было. Несмотря на то, что большинство узников избавились от партийных билетов, многие из них продолжали надеяться на скорую победу советской армии и освобождение. Свыше двадцати двух организаций партизанского характера действовало на территории, огороженной колючей проволокой. Сегодня нам известны славные имена этих отважных людей. Череда их имен золотыми буквами вошла в историю Отечества. Смольский, Шуссер, Левина, Кисель, Кривошеина и многие другие под угрозой страшной опасности поддерживали партизан. Многие из подпольщиков, проработав длительное время в гетто, уходили в партизанские отряды и продолжали бороться с захватчиками. Огромное количество верных отечеству людей погибли от рук фашистов, но были и те, кто увидел конец ненавистного гетто в 1943 году.

Вспоминать о жертвах холокоста тяжело, но совсем нелегко видеть, как стираются в памяти людей события тех далеких лет. Сегодня по нашей стране свободно разгуливают бритые парни со свастикой, попирая память свои предков бездумным поклонением фашизму. На постсоветском пространстве забыли о страшных преступлениях Вермахта и пытаются приравнять его к советскому режиму, поэтому мы будем вновь и вновь напоминать о случившемся, чтобы избежать подобного в будущем. Злодеяния фашистов, захлебнувшихся кровью беззащитных младенцев и слезами матерей, заслуживают вечного порицания.

Список Гиммлера: Минскоe гетто

65-летию скорбной даты уничтожения Минского гетто посвящена эта картина. Очевидцы, чудом выжившие в гитлеровском аду, расскажут свои истории, покажут документы — бесстрастные свидетельства преступлений. Более 100 тысяч человек стали узниками и жертвами Минского гетто — показательной фабрики уничтожения людей. По расписанию циркулировали душегубки. Постоянно прибывали эшелоны с евреями, депортированными из Западной Европы. Для высоких гитлеровских чинов — Гиммлера, Кубе, Эйхмана — проводились образцово-показательные казни узников.

Евреи Сталина: в кровавой сталинской “машине террора” евреи занимали доминирующие позиции

Эта статья от 2006 года была написана еврейским автором и опубликована на одном из крупнейших новостных онлайн-ресурсов Израиля – Ynet. Она призывает евреев признать свою вину в совершении одного из самых кровавых преступлений в истории. Оригинальное название – “Stalin’s Jews”

Вот особенно несчастная историческая дата: почти 90 лет назад, между 19-м и 20-м декабря 1917 года, в разгар большевистской революции и гражданской войны, Ленин подписал декрет об учреждении Всероссийской Чрезвычайной Комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем, известной под названием ЧК.

За короткий период времени ЧК стала самой крупной и самой беспощадной организацией государственной безопасности. Её организационная структура менялась каждые несколько лет, так же как и её названия – ЧК ГПУ – НКВД – КГБ.

Мы не можем знать с уверенностью назвать количество смертей, за которые ЧК (во всех своих ипостасях) была ответственна, но это число составляет, по меньшей мере, 20 миллионов, включая жертв принудительной коллективизации, голода, больших чисток, высылок, депортаций, расстрелов и массовых смертей в ГУЛАГе.

Были уничтожены целые слои населения: крестьяне-единоличники, национальные меньшинства, буржуазия, высокопоставленные чиновники и военные, интеллектуалы, художники, активисты рабочего движения, “члены оппозиции”, принадлежность к которой определялась совершенно произвольно, и огромное количество членов самой Коммунистической партии.

В своей новой, высоко оцениваемой книге “The War of the World” историк Найл Фергюсон пишет, что никакая революция в истории человечества не пожирала своих детей с таким необузданным аппетитом, как это делала советская революция. В своей книге о сталинских чистках, доктор Тель-Авивского университета Игал Халфин пишет, что сталинское насилие было уникально в том плане, что оно было направлено во внутрь.

Читайте также  Туристический журнал Rough Guide опубликовал список самых красивых стран

Ленин, Сталин и их преемники, возможно, не смогли бы совершить свои деяния без опоры на огромное число лояльных, дисциплинированных “исполнителей террора” – жестоких следователей и доносчиков, палачей и охранников, судей, клеветников, ренегатов и множества сочувствующих, относившихся к “прогрессивным” западным левым и кто был обманут советским режимом террора и даже предоставлял ему “сертификат об истинной кошерности”.

Все эти вещи, в той или иной степени, известны, даже при том, что архивы бывшего Советского Союза еще не были полностью открыты для общественности. Но кто знает об этом? В самой России очень немного людей были отданы под суд за их преступления совершенные на службе в НКВД и КГБ. Российское общественное мнение сегодня полностью игнорирует вопрос “Как это могло произойти с нами?” В противоположность восточноевропейским странам русские не сводили счеты со своим сталинистским прошлым.

А как насчет нас, евреев? Израильский юноша заканчивающий среднюю школу, никогда не слышал имени Генриха Ягоды, величайшего еврея-убийцы 20-го века, заместителя руководителя ГПУ, создателя и главы НКВД. Ягода усердно и старательно выполнял приказы Сталина о коллективизации и ответственен за смерть , по меньшей мере, 10 миллионов человек.

Его заместители-евреи создали и руководили Главным управлением лагерей (ГУЛАГ). После того, как он вышел из фавора у Сталина, Ягода был понижен в должности, а затем арестован и расстрелян. На посту главного палача его заменил, в 1936 году, “кровожадный карлик” Ежов.

Ежов не был евреем, но у него была весьма активная еврейская жена. В своей книге “Stalin: Court of the Red Star”, еврейский историк Себаг-Монтефиоре пишет, что в самый темный период террора, когда коммунистическая “машина убийств” работала на полную мощность, Сталин был окружен красивыми, молодыми еврейскими женщинами.

В круг близких соратников и выдвиженцев Сталина входил член Центрального комитета и Политбюро Лазарь Каганович. Монтефиоре характеризует его как “первого сталиниста” и добавляет, что голод на Украине, беспрецедентная трагедия в истории рода человеческого, сравнимая только с нацистскими ужасами и террором Мао в Китае, никак не отразилась на положении Кагановича.

Многие евреи продали свои души Коммунистической Революции и кровь навечно осталась на их руках. Мы скажем только об одном из них – Леониде Рейхмане, главе специального отдела НКВД и главного следователя этой организации, который был особенно жестоким садистом.

В 1934 г., согласно изданной статистике, 38.5 процентов из тех, кто занимал высшие руководящие посты в аппарате советской госбезопасности, были евреями. Их также, конечно, постепенно устраняли при последующих чистках. В захватывающей лекции на конференции в тель-авивском университете на этой неделе, доктор Халфин описал волны советского террора как “карнавал массовых убийств”, “фантазию чисток”, и “квинтэссенцию зла”. Оказывается, что евреи тоже, подпав под влияние мессианской идеологии, могут стать массовыми убийцами, самыми кровожадными из известных в современной истории.

Евреи, активно действовавшие официальных структурах коммунистического террора (в Советском Союзе и за границей) и те кто в то время руководили ими, делали это, очевидно, не как евреи, а скорее, как сталинисты, коммунисты, и “советский народ”. Поэтому мы считаем, что легко можем проигнорировать их происхождение и “закосить под дурачка”: – мол какое мы имеем отношение к ним? Но, в тоже время, давайте не забывать о них.

Моя личная точка зрения другая. Я считаю неприемлемым, что, когда человек совершает великие дела, его считают представителем еврейского народа, а когда он делает подлые омерзительные вещи то он уже как бы и не еврей.

Мы не можем избежать “еврейскости” палачей, даже если мы будем отрицать её. Они преданно и самоотверженно служили Красному Террору на своих постах, в своих организациях. В конце концов, другие всегда будут напоминать нам об их происхождении.

Звезда Давида и Бабий Яр

75 лет назад, 19 сентября 1941-го, вступил в силу закон, обязывающий евреев носить отличительный знак: желтую шестиконечную звезду, и в этот же день началась трагедия Бабьего яра.

Фашисты были не первыми, кто ввел особые отличительные знаки для евреев и силой заставил сынов Израиля их носить («авторство» приписывается халифу Гаруну аль-Рашиду, правившему в далеком IX веке). И не нацисты придумали глубокомысленное Arbeit macnt frei («Работа делает свободным»): понравившееся им выражение полузабытого публициста XIX века Генриха Беты они даже отковали в металле и «украсили» им ворота концлагерей Дахау, Освенцима, Терезиенштадта (фото 1). И уж, конечно, не в их головах родилось философское Jedem das Seine («Каждому свое»), появившееся на воротах в Бухенвальде: изречение это встречается еще в трудах Аристотеля и речах Цицерона.

Садист и ценитель классики

Среди функционеров Третьего рейха были не только ефрейторы и лавочники, но и люди тонкие, образованные. Рассказывают, что комендант захваченного польского города Влоцлавек Крамер очень любил классическую музыку. Однако это не помешало ему издать 24 октября 1939 года приказ, предписывающий евреям без различия возраста и пола носить на одежде спереди и сзади желтую звезду. Размером не менее 15 сантиметров! Не забыл Крамер сообщить и о том, что нарушителей ждет расстрел. Примечательно, что действовал он по собственной инициативе: то ли «просто» желал выслужиться, то ли в силу своей склонности к садизму.

Почин же этот был немедленно подхвачен другими фашистскими комендантами. С 1 декабря 1939 года ношение отличительного знака из куска ткани желтого цвета (как правило, в виде шестиконечной звезды) было введено уже по всему генерал-губернаторству.

Еврейский символ

Происхождение самой гексаграммы теряется в глубине веков: по одной версии, так выглядела печать царя Соломона, по другой (более распространенной) – знак этот был изображен на щитах воинов Давида. Так или иначе, шестиконечная звезда считается еврейским символом.

В апреле 1933 года немецкий сионистский лидер Роберт Вельш в ответ на бойкот еврейских магазинов и погромы воспользовался еще сохранявшейся относительной свободой печати и опубликовал статью «Носите желтый знак с гордостью». Конечно, он имел в виду символический знак, нисколько не допуская, что очень скоро «желтые метки» канувшего в Лету мрачного Средневековья вдруг материализуются и станут реалиями культурного и просвещенного XX века.

Черная дыра в истории

Рвение и изобретательность нацистов не знали границ. Они словно соревновались друг с другом: в одном населенном пункте от евреев требовали носить еще и нарукавные повязки, в другом – нашивки с именем и фамилией, в третьем – нашивки с домашним адресом. Цель же всех этих «нововведений» была одна: сломить моральный дух, унизить, запугать. Сделать из нормальных членов общества изгоев.

Ошибочно считать, что все началось лишь в 1933 году с приходом к власти Гитлера, в чем нас сегодня нередко пытаются убедить. Неподалеку от «моего» Кобурга находится живописная деревушка Аутенхаузен (Autenhausen) – всего-то 312 жителей. Когда-то были в ней синагога, хедер, миква… Еврейская жизнь в деревушке оборвалась уже в 1923 году: в ночь с 3 на 4 ноября появились вооруженные нацисты и принялись выбивать двери в домах, избивать и грабить мирных жителей. Самое страшное заключалось в том, что никто не попытался встать на их защиту и даже закон оказался не на их стороне. Евреи бежали, оставив нажитое имущество, и больше уже никогда не появились в Аутенхаузене, который нацистские газетки немедленно объявили

Синагогу разрушили, на старинном кладбище повалили могильные плиты. Еще раз: это был 1923 год!

Что мы вообще знаем о том времени? Те, кто мог бы рассказать, не задержались на этом свете. Другие прожили долгую жизнь, предусмотрительно помалкивая. В музее тюрингского Хильдбургхаузена (Hildburghausen) есть фотография-экспонат: по рыночной площади маршируют молодчики с фашистскими знаменами. Только вот лица их старательно заретушированы. С чего бы? Да это ведь все местные, все свои, чтобы не опознал их никто: самих-то молодчиков уже нет в живых, так ведь дети и внуки остались.

Из материалов, хранящихся в архивах того же Кобурга, легко выяснить, кто родился-венчался в городе полтысячелетия назад, а вот о том, что было всего 75 лет назад, увы, черная дыра. Документация с 1933 по 1945 год отсутствует.

На главной аллее кобургского кладбища по сей день стоит ухоженный памятник, принадлежащий некому Карлу Шведе. Немногие знают, что был он главным бургомистром (1933-1945) города и слыл большим оригиналом: ввел телесные наказания! По его указанию виновных (которыми почему-то чаще всего оказывались евреи) секли розгами прямо во дворе городской управы. Когда избивали 60-летнего уроженца Аутенхаузена Якоба Фридмана, то крики несчастного были слышны на рыночной площади… А вот 70-летний врач и глава еврейской общины Кобурга доктор Альфред Мазур унижения не вынес и после надругательства над ним перерезал себе вены. Никто не знает, где находятся могилы этих людей (да и были ли они?). А сколько таких искалеченных судеб, загубленных жизней? Счет идет на миллионы.

Горькая чаша

1 сентября 1941 года нацисты приняли закон, обязывающий проживающих на территории Германии евреев носить отличительный знак (фото 2); 19 сентября закон вступил в силу. К тому времени эти граждане Германии потеряли все права: им было запрещено заниматься трудовой деятельностью, посещать учебные заведения, владеть чем-то более-менее значимым. Некоторые эмигрировали, многие уже находились в концлагерях. Новый закон означал лишь одно: страшная развязка близка.

Но неужто еще оставались чудаки, которые не поняли этого раньше? Евреи народ терпеливый, они умудряются видеть свет в конце тоннеля даже там, где его точно нет. Одни надеялись, что все скоро наладится. Другие никак не желали поверить в существование жутких концлагерей. Третьи были убеждены, что лично их минует чаша сия:

«Меня не тронут, у меня за прошлую войну Железный Крест!».

К слову, Железными Крестами (как и Георгиевскими в России) награждали исключительно за проявленную в бою храбрость, их обладателями стала 31 тысяча немецких евреев, сражавшихся за Германию в Первую Мировую войну. «Тронули», однако, и их: личные заслуги, заслуги дедов и прадедов оказались не в счет.

На величественном фасаде здания Бундестага (ранее Рейхстага) красуется знаменитое: Dem deutschen Volke. В конце 1916 года буквы эти отлили из бронзы лучшие в Берлине мастера художественного литья – братья Альберт и Зигфрид Леви. К счастью, они не дожили до черных дней, но вот потомкам Леви нацисты припомнили их еврейское происхождение – следы детей и внуков мастеров затерялись в Терезиенштадте и Освенциме. Лата желтого цвета (Звезда Давида) во времена Холокоста означала одно: человек, носящий ее, обречен (фото 3).

О страшном том времени написаны горы книг, сняты десятки замечательных фильмов. Тем не менее, иногда слышатся вкрадчивые голоса: мол, все было не совсем так, а то и совсем не так. «Сон разума рождает чудовищ».

ПРИЛОЖЕНИЕ

Удивительно жестоким был и путь к месту смерти. Группа в 30-40 человек должна была пройти по узкому коридору из солдат, которые избивали палками всех идущих, не делая поблажек ни женщинам, ни старикам, ни детям (следует сказать, что именно женщины, старики и дети составляли большинство расстрелянных в первую волну казни, поскольку мужчины были призваны на фронт). Но даже после этого несчастных не оставляли в покое. Вот что вспоминает Дина Проничева в разговоре с писателем Анатолием Кузнецовым:

Читайте также  15 приемов, чтобы фотографировать в путешествиях как профи

Украинские полицаи грубо хватали людей, лупили, кричали:

— Раздягаться! Быстро! Быстро!

Кто мешкал, с того сдирали одежду силой, били ногами, кастетами, дубинками, опьянённые злобой, в каком-то садистском раже…

Дина уверяет, что некоторые истерически хохотали, что она своими глазами видела, как несколько человек за то время, что раздевались и шли на расстрел, на глазах становились седыми.

Голых людей строили небольшими цепочками и вели в прорезь, прокопанную в обрывистой песчаной стене. Что за ней — не было видно, но оттуда неслась стрельба. Матери особенно копошились над детьми, поэтому время от времени какой-нибудь полицай, рассердясь, выхватывал у матери ребёнка, подходил к песчаной стене и, размахнувшись, швырял его через гребень, как полено.

Детей, чтобы не тратить на них пули, полицаи убивали дубинками или вовсе закапывали живьём. В память о малышах, казнённых в Бабьем Яре, в 2001 году здесь установлен монумент, представляющий собой три сломанные куклы. Из того оврага вернулись живыми только десять детей. Один из них, Рувим Штейн, бывший в сентябре 1941 года 15-летним подростком, сказал:

«Наверное, я настоящий умер там, в Бабьем Яре, а то, что осталось — искривлённая тень».

Раздетые, избитые, едва живые от страха и горя люди покорно шли умирать. Последние мгновения их жизни ужасали даже нацистов.

Из свидетельских показаний немецкого шофёра Хефера об уничтожении евреев в Бабьем Яре 29—30 сентября 1941 года:

Раздетых евреев направляли в овраг — примерно 150 метров длиной, 30 метров шириной и целых 15 метров глубиной. В этот овраг вело два или три узких прохода, по которым спускались евреи. Когда они подходили к краю оврага, шуц-полицейские (немецкие) хватали их и укладывали на трупы уже находившихся там расстрелянных евреев. Это происходило очень быстро. Трупы лежали аккуратными рядами. Как только еврей ложился, подходил шуц-полицейский с автоматом и стрелял лежавшему в затылок. Евреи, спускавшиеся в овраг, были настолько испуганы этой страшной картиной, что становились совершенно безвольными. Случалось даже, что они сами укладывались в свой ряд и ждали выстрела.

Из воспоминаний Дины Проничевой:

Слева была стена, справа яма, а выступ, очевидно, был вырезан специально для расстрела, и был он такой узкий, что, идя по нему, люди инстинктивно жались к песчаной стенке; чтобы не свалиться, Дина глянула вниз, и у неё закружилась голова — так ей показалось высоко. Внизу было море окровавленных тел. На противоположной стороне карьера она успела разглядеть установленные ручные пулемёты, и там было несколько немецких солдат. Они жгли костёр, на котором, кажется, что-то варили. Когда всю цепочку загнали на выступ, один из немцев отделился от костра, взялся за пулемёт и начал стрелять.

Дождавшись, когда тела лягут в несколько слоёв, немцы проверяли, все ли убиты, и засыпали тела землёй, чтобы привести новую партию.

Николай Стариков

политик, писатель, общественный деятель

Мог ли Сталин предотвратить Холокост? Об одной несостоявшейся «сенсации»

Мог ли Сталин предотвратить Холокост? Об одной несостоявшейся «сенсации»

5 января 2020 г. на сайте издания «Новая газета» была опубликована статья историка Павла Поляна «Переписка ценой в два миллиона жизней». Данная публикация является практически дословным повторением нескольких публицистических статей Павла Поляна, опубликованных без малого 15 лет назад, и вызвавших ряд критических замечаний коллег. Мы сочли необходимым перепечатать одно из таких критических замечаний, опубликованное в 2006 г. старшим научным сотрудником Института российской истории РАН, д.и.н. Геннадием Костырченко.

Мог ли Сталин предотвратить холокост?
Об одной несостоявшейся «сенсации»

Когда началась Вторая мировая война, то за счет присоединения восточнопольских земель еврейское население СССР возросло примерно на 1,5 млн. чел, из которых примерно 150 тыс. были беженцами с территории. захваченной немцами. К лету 1940 года, когда в состав СССР вошли прибалтийские государства, Бессарабия и Сев. Буковина, количество новых советских граждан из числа евреев превысило 2 млн., а всего в СССР численность евреев превысила 5 млн. человек.

В последнее время некоторые исследователи стали утверждать, что Сталин мог, но не захотел предотвратить холокост европейских евреев. В обоснование этого утверждения приводится документ, точнее, записка начальника Переселенческого управления при СНК СССР Евгения Чекменева председателю Совета народных комиссаров Вячеславу Молотову от 9 февраля 1940 г.

В ней говорится:

«Переселенческим управлением при Совете народных комиссаров Советского Союза получено два письма из Берлинского и Венского переселенческих бюро по вопросу организации переселения еврейского населения из Германии в СССР — конкретно в Биробиджан и Западную Украину. По соглашению правительства СССР с Германией об эвакуации населения на территорию СССР эвакуации подлежат лишь украинцы, белорусы и русские. Считаем, что предложения указанных переселенческих бюро не могут быть приняты. Прошу указаний.
Приложение: на 6 листах» (Костырченко Г. В. Тайная политика Сталина. Власть и антисемитизм. М., 2001. С. 181).

Известный популяризатор исторических знаний Павел Полян несколько месяцев тому назад попытался широко представить этот документ в российской и европейской прессе и интернете как сенсационную архивную находку последнего времени, как некий ранее неизвестный проект возможного спасения большого количества восточноевропейских евреев (более 2 млн. чел. ), который был провален по вине Сталина. Полян так и пишет: суть немецкого письма ясна: Гитлер предлагает Сталину принять всех евреев, которые в то время находились в Германии. И письмо Чекменева содержит лаконичный ответ на этот вопрос: «Принять этих евреев мы не можем, у нас и своих предостаточно» .

На самом деле, данный документ не позволяет делать такие далеко идущие выводы. Во-первых, наверняка Сталин даже не знал о его существовании. Ведь на документе имеется делопроизводственная помета «Архив», означающая, что сразу же по ознакомлении с этим посланием Молотов, восприняв его как сугубо информационно-рутинное и не требующее принятия каких-либо решений, вряд ли докладывал о нем Сталину, а направил его в архивное досье.

Во-вторых, до сих пор не найдены сами обращения Берлинского и Венского переселенческих бюро. Поэтому Полян вынужден предполагать, что эти обращения могли подписать от Берлинского бюро Адольфа Эйхман, а от Венского — то ли Франц Вальтер Штальэккер, то ли Алоиз Бруннер (в разных статьях по-разному).

В-третьих, если, согласно Поляну, речь шла о крупном проекте переселения в СССР всех центрально- и восточноевропейских евреев, то почему он решался не на соответствующем политическом уровне (не руководителями государств или хотя бы внешнеполитических ведомств), а на уровне каких-то второстепенных чиновников (даже не руководителем РСХА Р. Гейдрихом или непосредственным начальником Эйхмана — начальником IV управления РСХА, шефом Гестапо Г. Мюллером)? Так что, вопреки утверждению Поляна, не только Сталин, но и Гитлер, скорей всего, не знал об этом проекте.

Документально установлено только следующее, что после начала Второй мировой войны Великобритания, опасаясь проникновения враждебных элементов, запретила переселение евреев с территорий, подвластных Германии, в подмандатную Палестину. Тем самым эмиграция центральноевропейских евреев прекратилась. Кстати, проект переселения евреев в Палестину вполне устраивал нацистов, т. к. почти вся организационная работа по его реализации выполнялась руками руководителей еврейских общин в том же Берлине и Вене, а финансировали проект «Джойнт» и сионистские организации.

В результате нацисты вместо эмиграции стали осуществлять депортацию евреев рейха в Люблинский резерват, образованный в» Варшавском генерал-губернаторстве близи новой советской западной границы. Однако из-за отсутствия сколько-нибудь сносных бытовых условий и несоблюдения элементарных санитарно-гигиенических требований там вскоре начались массовые инфекционные заболевания, готовые перекинуться на размещенные поблизости части вермахта. К тому же, вначале декабря 1939 года Джойнт пригрозил прекратить финансирование, если эмиграция не возобновится. Об этом стало известно Эйхману через руководителя венской еврейской общины Рихарда Лёвенхерца, который отвечал за всю подготовительную работу по еврейской эмиграции. Возможно, что именно этот Левенхерц и его берлинский коллега д-р Эпштейн из имперского объединения евреев Германии, понимавшие, что Люблинский резерват это зловещее преддверие массового физического истребления их соплеменников (что на деле и произошло), в поисках их спасения и обратились на свой страх и риск к Чекменеву, поскольку через «Джойнт» могли знать, что тот занимается Биробиджанским проектом в СССР.

Показательно, что Эйхман в ходе допросов в Израиле в начале 1960-х гг. в Израиле совсем не упоминал о «русском проекте», хотя говорил о плане «еврейской автономии» на Мадагаскаре, который, в отличие от первого, действительно в начале 1940 года рассматривался в высших политических инстанциях Рейха.

В общем, современные попытки возложить хотя бы часть ответственности за холокост на СССР, страну, спасшую европейских евреев от полного уничтожения, более чем странны. Ведь ясно, что даже согласись Сталин принять миллионы восточно- и центральноевропейских евреев, многие из них просто из страха не поехали бы в СССР, а если бы и поехали, то, осев скорей всего на Западной Украине, в большинстве своем были бы все равно уничтожены после вторжения гитлеровцев в СССР летом 1941 года.

К тому же, Поляну следовало бы знать, что с середины сентября по конец ноября 1939 года новая советская западная граница была открытой, и её перешли десятки тысяч еврейских беженцев. Некоторым из них потом удалось спастись: одних ещё в 1940 году выслали на поселения в Северные регионы, другие — в связи с вторжением гитлеровцев в СССР летом 1941 года эвакуировались на восток страны; часть из них в 1942 году выехала на Ближний Восток вместе с армией В. Андерса, а другие в 1945-1946 гг. — обратно в Польшу, а оттуда в Палестину. Правда, в 1939 г. не повезло евреям, находившимся в рядах Польской армии и захваченным в плен Красной армией. Тех из них, кто был родом из отошедшей к рейху центральной и западной Польши, выдали немцам.

И в заключении этого сюжета ещё один штрих: документ, который коллега Полян ныне представил как новейшее научное открытие, был выявлен автором этих строк в бывшем Центральном партийном архиве в Москве ещё в конце 1990-х годов, в 2001-ом полностью опубликован в авторской монографии, а спустя ещё год вновь воспроизведен в книге И.А. Альтмана «Жертвы ненависти». И хотя этот документ в чем- то примечателен, но не более того. Во всяком случае, в погоне за исторической сенсацией ему искусственно придали то важное значение, которому он явно не соответствует.

Публикуется по: Костырченко Г.В. Сталинский Советский Союз и Холокост // Holokauszt: történelem és emlékezet / Холокост: история и память. Budapest, 2006. C. 146-148.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: